Дорогу на Тосну замело еще неделю назад, и с тех пор так толком и не почистили. Не знаю, имелся ли у местных чинов хоть один трактор — на трассу его явно не выпускали, а грузовики ходили в сторону Пограничья не так уж часто. И там, где раньше было две полосы какого-никакого асфальта, теперь осталась одна-единственная колея, и деревья подступали к ней так близко, что ветви то и дело скребли по бортам пикапа.
Аскольд вел осторожно — не гнал, объезжал рытвины в снегу и каждые полминуты бросал взгляд в зеркало заднего вида. Не потому, что кто-то ехал следом — просто по привычке. Тайга уже давно приучила его смотреть назад даже чаще, чем вперед — хищники редко нападают в лоб.
Особенно те, что ходят на двух ногах.
— Не нравится мне этот лес, — негромко сказал он, притормозив перед поворотом. — Деревья густые, обзора нет. Пару стрелков за теми елями — и все, останемся без колес.
Я вздохнул. Парень был прав — и даже не подозревал, насколько. Отца убили точно так же: подкараулили на дороге, в ста с лишним километрах от Отрадного, и сожгли в машине. Прикончить Одаренного первого ранга обычным оружием непросто — сработали чем-то из боевой магии с высшим аспектом.
И это вполне мог сделать кто-то из Годуновых. Или уже знакомый мне Федор Борисович, или сам глава рода — если не поленился забраться так далеко от Москвы. Покойного князя Кострова подвела уверенность, что аристократ не станет бить в спину исподтишка и не станет марать руки даже за богатства Серебряной Палаты.
Так или иначе, в тот день отец зря отправился в путь без охраны. По меньшей мере наивно — в его случае. А в моем…
В моем случае особого выбора не было.
— Ты прав, — кивнул я. — В следующий раз поедем с гриднями — благо, их теперь хватает. И попросим профессора оплести машину чарами в четыре слоя. — Я похлопал ладонью по ручке двери. — И не эту развалюху, а что-нибудь поприличнее. А пока придется надеяться на маскировку. Сегодня лучше обойтись без лишних глаз и ушей.
Пикап я выбрал не случайно. Ржавый кузов с бортами из досок, мятое крыло, мотор, который кашлял на каждом подъеме — на дороге такая машина привлечет куда меньше внимания, чем кавалькада внедорожников с вооруженными до зубов гриднями. А нас с Аскольдом, одетых в меховые шапки и тулупы поверх обычных рубах, вполне можно принять за двух братьев, которых отец отправил в Тосну за мешком муки и парой коробок патронов.
— Вам нужно сохранить эту поездку в тайне, — догадался Аскольд. — Ведь так?
— Именно. И скоро поймешь — почему.
Через пару километров я указал на съезд — едва заметную колею, уходившую налево в лес. Аскольд свернул без вопросов, и пикап запрыгал по мерзлой земле, переваливаясь на корнях и кочках. Здесь я уже бывал: полтора километра через ельник, и потом небольшая поляна, где можно поставить машину так, чтобы с дороги ее точно не увидели и не услышали.