Впрочем, это вовсе не отменяло возмущения.
— Вы меня напугали! — выпалила она, приходя в себя. — Разве можно так… так тихо… так внезапно…
Эйден едва заметно усмехнулся.
— Простите, — сказал он без малейшего раскаяния. — Не думал, что моё появление произведёт столь… драматический эффект.
— Я чуть не… — Эвелина махнула рукой, не договорив. — Что вы здесь делаете?
— У меня к вам тот же вопрос, — спокойно ответил он. — Что вы делаете во флигеле в такое время?
Он огляделся и с ленивой иронией добавил:
— Решили на ночь глядя поискать, что бы ещё забрать отсюда в дом? Что на этот раз? Подсвечник? Часы? Или, быть может, этот гобелен отправится прямиком в детскую — чтобы пылился уже не здесь, а там?
Эвелина фыркнула.
— Вы иронизируете, а зря, — сказала она. — Здесь полно вещей, которым можно дать вторую жизнь. Вы вообще чувствуете, какие они… особенные? Каждая хранит в себе воспоминания. Атмосферу. Прошлые годы. Такие вещи делают дом тёплым. Живым.
Она посмотрела на него внимательно.
— Разве вы не согласны?
Эйден хмыкнул.
— Никогда об этом не задумывался, — честно признался он. — Я привык считать, что если вещь отслужила своё, она должна уступить место новой.
Но, произнося это, он уже подошёл к одному из комодов и с неожиданным интересом принялся рассматривать расставленные на нём предметы. Потускневшую статуэтку. Тяжёлый подсвечник. Абажур, где-то потерявший свою лампу.
И зеркало.
Небольшое. Помутневшее. В металлической оправе.
У Эвелины внутри что-то тревожно ёкнуло.
Вот теперь — совсем не смешно.
Все прежние страхи, отступившие было, осторожно вернулись. В этой комнате любое зеркало могло оказаться “с сюрпризом”. Идея задерживаться здесь внезапно перестала казаться разумной. Ей отчаянно захотелось уйти. И увести Эйдена.
Найти зеркало, с которым разговаривала Фредериксен — это в планах было, да. Но не сейчас. Не в темноте. К такому нужно как следует подготовиться, всё обдумать.
— Вообще-то, — поспешно сказала она, меняя тему, — я здесь из-за Пыхтика. Пришла найти ему укромное местечко. Во флигеле прохладно, и он должен уснуть крепко на всю зиму. Так сказал ветеринар. Так что вопрос с ёжиком решён. Как вы и требовали.
Эйден бросил на неё взгляд.
— Почти верю, — сказал он с лёгкой иронией.
И пошёл дальше.
Он рассматривал полки, заглядывал в коробки, словно впервые видел всё это. Эвелина вдруг поняла: он действительно давно здесь не бывал. А теперь — оказался среди вещей, которые помнили его детство, деда, прошлую жизнь.
Он бродил по этой сокровищнице воспоминаний с видом человека, который неожиданно встретил старых знакомых — и сам не заметил, как ему это приятно.