— Ну, Дилль, приятно было с тобой иметь дело, — мрачно сказал маг. — Я буду рассказывать своим ученикам о тебе… как о последнем болване, закончившем жизнь так нелепо.
— Эй, ты шутишь? — Дилль посмотрел на серьёзное лицо Эрстана и понял, нет, не шутит.
Господин Леклер двигался с целеустремлённостью голодного бульдога. Дилль встретился с ним взглядом, когда их разделяло шагов пять, и обмер — зрачков у инквизитора не было. Эти абсолютно белые глаза повергли Дилля в состояние шока — он застыл, не в силах сдвинуться с места и попытаться сделать хоть что-нибудь в свою защиту. Остальной мир перестал для него существовать — только круглое лицо господина Леклера и белые, бездонные глаза.
На мясистом лице инквизитора появилась зловещая улыбка. Эрстан сокрушённо вздохнул — парень, конечно, не знал о запрете на использование магии в королевском дворце, но дела это не меняло. И сам Эрстан был не в силах ему помочь — он ничего не мог противопоставить магии Леклера. Спасти Дилля может только король или…
— Подожди-ка, Леклер, — послышался голос гроссмейстера.
Яркая вспышка сверкнула перед инквизитором. Он отшатнулся, глаза его вновь стали обычными, а Дилль едва не рухнул на пол. Гроссмейстер Адельядо взглядом показал Эрстану, и тот бросился на помощь пострадавшему, а сам первый маг повернулся к инквизитору.
— Ваша премудрость, — недовольно сказал гроссмейстеру Леклер, — вы помешали мне наказать преступника.
— Леклер, хоть ты и магохранитель короля, но первый маг государства всё-таки я. И я не желаю, чтобы судьба этого человека решалась без Его Величества. Подождём окончания танцев.
— А если он начнёт буйствовать?
— Я присмотрю за ним.
Инквизитор пожал плечами — если первый маг хочет взять ответственность на себя, то так тому и быть. Леклер отошёл на пару шагов, по прежнему не спуская глаз с Дилля. Придворные, ожидавшие, что вот-вот состоится такая редкая казнь, разочарованно зашушукались, но расходиться не спешили и в ожидании возвращения короля вновь принялись поглощать хмельное. Те дамы, кто не танцевал, обменивались друг с другом впечатлениями и с любопытством ожидали развязки.
— Он ещё жив?
— Да. Вроде приходит в себя. Вовремя вы.
— Я вообще люблю успевать. Эй, дружочек!
Дилль с трудом сфокусировал взгляд на седобородом маге.
— Известно ли тебе, сэр Диллитон, что ты уже почти мёртв? — осведомился Адельядо. — Леклер с такими, как ты, никогда не церемонится.
— Такой, как я, это кто? — губы с трудом слушались Дилля — он словно долго находился на морозе.
— Нарушитель запрета на использование магии. А есть ещё всевозможные убийцы, которые периодически покушаются на жизнь монарха.