Теперь настала очередь Дилля сверлить взглядом. Он чувствовал, что король чего-то не договаривает, но не пытать же монаршую особу в поисках правды.
— Хорошо, — вздохнул он. — Отдам ему вознаграждение за дракона. В конце концов, у меня ещё есть земля, которую вы, Ваше Величество, мне пожаловали. Не пропаду. Кстати, а где она находится?
Король заёрзал и отвёл взгляд в сторону.
— Те земли весьма богатые… Там, помнится, даже золотые прииски когда-то были.
— Прииски? — ахнул Дилль. — Золото?
— Ага, прииски и золото. Только, понимаешь, ситуация сейчас такая, что не могу я раздавать свои земли, а уж Кланы пощипать — это равносильно объявлению им войны. Но мне хотелось, чтобы ты не считался безземельным нищим рыцарем. Поэтому пришлось выделить те земли, которыми Ситгар когда-то владел. — Король хмыкнул и закончил: — Они находятся на самой границе Запретного предела. Часть снаружи, часть — внутри. Та часть, что снаружи, граничит с землями клана Григот — с теми самыми вампирами, которые мне присягу принесли. Завтра в канцелярии тебе выдадут грамоту на владение с подробным описанием жалованных земель. Ну, во всяком случае, подробным оно было лет триста двадцать назад. После Величайшей битвы, сам понимаешь, никто там не бывал.
Дилль опешил. Он-то уже считал себя настоящим богачом, который может жить припеваючи в городе и просто получать доход со своих земель. Оказалось, что он по-прежнему гол, как сокол. Король словно прочитал его мысли.
— Зато в Ситгарской скрижали эта земля будет навечно закреплена за тобой и твоими потомками. И когда-нибудь… — в этот момент из бального зала раздалась заливистая музыкальная трель, а к королю решительным шагом направился главный церемониймейстер. — Всё, Луавиль идёт, мне пора. Опять танцевать придётся.
Король с вздохом отправился навстречу церемониймейстеру, а Дилль — несколько ошарашенный полученными известиями, вернулся к барону Скодису и коротко согласился на его предложение.
— Завтра я передам вам требуемую сумму. Взамен хочу получить расписку, что вы отказываетесь от любых претензий ко мне.
— Разумеется, разумеется, никаких претензий! — рассыпался барон. — Я уже испытываю к вам самые добрые чувства.
— А мне плевать, что ты ко мне испытываешь! — грубо сказал Дилль и повернулся к барону спиной.
Настроение у него стало совсем паршивым. На просьбу нескольких дам рассказать о схватке с драконом он только отрицательно покачал головой, молча удалился на своё место и принялся опустошать один кубок с вином за другим. Навязчивого слугу, который пытался подливать вино, Дилль прогнал, а потому остался в полном одиночестве. Впрочем, ненадолго.