— Её можно понять, — нервно хихикнул барон. — Здесь такое блистательное общество.
— Ещё бы, — Дилль смерил собеседника взглядом с ног до головы. — Барон, а вы уверены, что не хотите получить иного удовлетворения?
Видимо, барон понял вопрос так, что его принуждают к поединку, потому что заметно побледнел и отступил на шаг.
— Уверен, — твёрдо ответил он. — Я предпочитаю финансовое возмещение.
Барон трусил столь явно, что Дилль поневоле почувствовал себя завзятым дуэлянтом. Он некоторое время помолчал, борясь с желанием нагнать на барона страху и одновременно испытывая облегчение от того, что никакой дуэли в ближайшем будущем не предвидится. Правда, пятьсот оксов — это всё, что у него есть. Точнее, не есть, а ещё только завтра будет. А ещё вернее сказать, уже не будет.
— Что вы там говорили насчёт пятого пункта какого-то эдикта?
— Пункт пять эдикта короля Ормунда «Об устройстве государства» гласит, что ежели хозяин земли установит закон, не противоречащий закону королевства, включая законы сюзеренитета, то в случае нарушения оного или оных преступник обязан удовлетворить требование хозяина земли, каковое в свою очередь обязано быть достаточным для компенсации нанесённого ущерба, но разумным и непредвзятым, — Скодис выпалил без передышки — видимо, текст заучил наизусть.
— Бр-р! — Дилль даже головой помотал.
Он и половины не понял из сказанного. Зато из второй половины он уловил то, что его считают преступником.
— Преступник?
— В вашем случае просто нарушитель, — барон натянуто улыбнулся.
— Знаете что, барон? — Дилль намеренно не использовал вежливое обращение «господин барон», но это собеседника, по-видимому, ничуть не оскорбляло. — Я вижу, сюда идёт Его Величество. Пойду-ка я спрошу у него насчёт этого вашего эдикта. А вы ждите меня здесь.
Барон затравленно посмотрел куда-то мимо Дилля и согласно кивнул. Дилль решительно направился к королю, который, явно находясь не в духе, что-то отрывисто говорил Луавилю — главному церемониймейстеру двора. Дилль дождался, когда король сделает паузу и сказал:
— Простите, Ваше Величество, я хотел спросить…
— Это возмутительно и недопустимо! — церемониймейстер разъярённо шваркнул жезлом об пол. — Господин драконоборец, как вы смеете прерывать короля?!!
Король повернулся к Диллю, на долю секунды скорчил физиономию, долженствующую означать «как же он мне надоел», после чего сказал:
— Луавиль, прекрати. Сэр Диллитон — герой вечера, так сделай ему хотя бы сегодня небольшую поблажку — отстань от него.
— Веками ковались традиции, чтобы привилегии… — нудно начал церемониймейстер, но король оборвал его.