— Блудница! Вульгарная девка! — продолжались перешептывания за моей спиной, пока я неспешно пересекала огромный зал на пути к императору. — Так нахально выставляет своего любовника перед Его Величеством! Что за позор?!
Я едва держалась, чтобы не закатить глаза. Смешно было слышать подобные обвинения от общества, в котором наличие любовников и любовниц процветало и пахло, считаясь нормой после рождения наследника. А мне самой вот было совершенно не до любовных утех. Тут бы голову сохранить на плечах — уже большая удача.
— Возможно она хочет показать, что, наконец, поняла своё место? — раздалось до того звонко, что достигло каждого уголка бального зала. — Рыцарь-простолюдин нашей империи весьма подходящая пара для сумасшедшей дочери гнилого королевства Орсы.
Нужно было отдать должное сэру Райлону, который шёл рядом с совершенно каменным безразличным лицом. И это при том, что я вцепилась в его предплечье ногтями, чтобы хоть как-то сдержать собственные эмоции.
— Кларисса Морел Дель Турин, — я уверенно склонилась в реверансе под презрительным взглядом молодого императора. На моих губах играла лёгкая улыбка, и она давалась мне без труда. — Приветствует свет империи, Его Величество Атилиуса Вальмиера дель Турин. Да будет ваш век…
— Утомляет.
Низкий голос разрезал пространство, заставляя всех замолчать. Мое сердце подпрыгнуло и забилось так часто, что вполне можно было схватить приступ. Я боялась его, не скрою. Ведь обрывки прошлой жизни все еще можно было отыскать в памяти. И в них Кларисса Морел Дель Турин была обезглавлена руками этого самого человека, что смотрел сейчас на меня сверху вниз.
— Прошу прощения, — тихо ответила я, собираясь улизнуть из поля его зрения, но мое запястье грубо перехватили.
— Разве я вас отпускал, леди Кларисса?
Нет, ну что за паршивец такой? Даже по титулу-пустышке не назвал, руку едва не сломал, а смотрит так, будто настал день моего приговора.
— Ваше Величество?
Я была вынуждена смотреть в этот надменный прищур глаз, что сверкали ярче любых драгоценностей. И если бы я не знала, насколько безжалостный, деспотичный и высокомерный мужчина стоит передо мной, то вполне бы могла влюбиться, как и сама Кларисса.
— На вас лежит обязанность первого танца, что откроет бал.
У меня дернулся глаз. Нет, серьезно? Даже после мнимого перехода от наложницы к королеве, этот мужчина ни разу не позволил подобному произойти. Как бы Кларисса не молила, не угождала… ну что за абсурд? Сколько раз он при всех твердил, что его такое…
— Я собираюсь оскорбить первым танцем своего личного рыцаря, Ваше Величество. Прошу нас простить.