Она едва не дрожала, я даже ненароком подумала, что Кларисса от души поиздевалась над бедняжкой в прошлом. Но сколько ни пыталась найти в себе воспоминания — ничего не приходило на ум. Оставалось лишь надеяться, что однажды не вспомню какой-нибудь совместный поход в пыточную, и совсем уж юная леди просто пребывала под впечатлением от моей своеобразной репутации или пары наверняка эксцентричных встреч.
— Бросьте эти пышные церемонии, должно быть ожидание уже порядком утомило вас. — состроив из себя саму невинность, улыбнулась я. — Можете сесть. Леди Айрис?
Та наконец вышла из-за моей спины, и я не стала напоминать, что подобающим приветствием она меня не одарила. Что ж, я готова была дать ее гордости эту передышку, но моя добрая воля была тут же растоптана.
Будто все было в порядке вещей, Айрис проплыла мимо своих гостей, что снова заняли места за столом заваленным разными закусками и сладостями к чаю, которого так и не принесли без виновницы мероприятия. И опустилась на последнее свободное кресло. Казалось, ее лицо от широты улыбки просто треснет. Как и мое.
— Ваше сопровождение неприемлемо и оскорбляет нас. — начала первая наложница, что косилась на меня поверх раскрытого веера, как и все остальные.
Ее голубые глаза отчетливо говорили — я враг, что нисколько не удивляло. Платиновые волосы спадали крупными волнами словно серебряные водопады, концы которых едва не подметали пол. Строгое лицо с резкими чертами и яркам макияжем только подчеркивало возраст — Сильвия была не только первой наложницей, но и старшей из нас. И думалось мне, это был один из поводов для злости. Кларисса отобрала у нее не только первый шанс, но и надежды на новую попытку. Это для меня, прибывшей из современного мира, тридцать — лишь начало счастливой жизни с кучей возможностей. Тут же было навязано совершенно иное мышление. А порой только оно и решает судьбу.
— Ах, у нас с леди Айрис как раз состоялся об этом обстоятельный разговор. Позвольте вам рассказать… — оживилась я.
— Леди!.. — слишком уж остро отреагировала Айрис, но быстро взяла себя в руки. — Ее Высочество крайне настаивала на присутствии своего личного помощника, леди. Разве можем мы отказать ей в поддержке единственного верного человека после столь многого, что Ее Высочеству пришлось пережить?
— На этом отродье ошейник, едва ли это можно назвать верностью, а его человеком. — Сильвия закатила глаза. — И раз уж вы так настаиваете, это многое говорит о вашем положении, леди Кларисса.
— Скорее об обществе, которому я предпочту его присутствие здесь. — не осталась в долгу. — Ищите повод сбежать поджав хвост, я не держу, Сильвия.