За свою карьеру я убивал многих: олигархов, коррупционеров, бандитов. Перед смертью они несли всякое: угрожали связями, предлагали миллионы, молили о пощаде. Но чтобы кто-то на полном серьезе называл себя богом?
— Мужик… — я подавил нервный смешок, ситуация была бредовой. — Тебе бы к доктору сходить. Смотрю, совсем запустил ситуацию. Ну и если бухаешь или на чём сидишь — слезай немедленно. Галлюциногены до добра не доведут.
Азгор протянул руку. Его пальцы светились холодным светом.
— Прими метку избранного!
Невидимая сила схватила меня за левую руку и выдернула вперёд. Я дёргался, пытался вырваться, но движения были как в киселе. Его ладонь легла на моё предплечье.
Боль такая, что весь мир вспыхнул белым. Будто мне под кожу залили расплавленный металл. Я заорал, не смог сдержаться. Спина выгнулась дугой, зубы сомкнулись так, что чуть не сломались.
— Прими дар! — гремел голос Азгора. — Стань сосудом моей воли!
Что-то входило в меня. Чужое, холодное, жгучее. Пробивалось сквозь кожу, сквозь мясо, вгрызалось в кости. Я чувствовал как оно ползёт по венам, словно жидкий огонь.
И вдруг всё остановилось.
Боль не исчезла, но замерла. Будто дошла до какой-то точки и уперлась в стену.
Азгор замер, его лицо из надменного стало озадаченным. Потом — недоверчивым. А потом… Разъярённым.
— Что⁈ — прогремел он, сжимая мою руку сильнее. — Что это⁈
Я ничего не понимал. Боль пульсировала волнами, сознание плыло. Что происходит?
— Ты… — Азгор отдернул руку, словно обжёгся. — Ты испорчен!
— Чего? — прохрипел я сквозь стиснутые зубы.
Он смотрел на меня с отвращением и… страхом? Да, в этих ртутных глазах мелькнул страх.
— Кто-то осквернил твою душу! — рявкнул бог. — Кто⁈ Кто посмел⁈
Я снова лежал в грязи, левая рука горела огнём, и нихрена не понимал происходящего. Какая ещё душа? Какое осквернение?
Испорчена? От чего? От всех тех, кого я убил? От грязи 90-х, которая въелась в самую суть? Или просто космическая несправедливость?
Азгор склонился, его лицо исказилось гневом.
— Ты не можешь стать сосудом! Моя сила… Она не приживается! Ты… бракованный!
— Подожди, — выдавил я. — Я вообще не просил…
— Молчи! — гаркнул он.
Воздух вокруг него забурлил. Вода в болоте закипела.
— Я потратил энергию! Потратил время! Ждал твоей смерти, чтобы призвать! А ты… — он схватил меня за горло невидимой рукой и поднял в воздух. — Ты осквернённый!
Ноги болтались над землёй. Я хрипел, дёргался, пытаясь разжать невидимые пальцы. Не работало.
И тут я увидел свои руки. Взгляд сфокусировался. Это были не мои руки. Маленькие, тонкие запястья, кожа гладкая, без шрамов, без старых мозолей.