Пройдя ещё немного, Калин обратил внимание на ещё одну группу, сидевшую вокруг костра, над которым на вертеле жарилось неизвестное мальчику животное размером с среднюю собаку. Эти хуманы ели, пили, громко смеялись и… курили.
Присмотревшись, Калин заметил там Лаки — его было сложно не узнать. Безногий старик, греясь у синеватого пламени, был занят тем, что пытался раскурить длинную деревянную трубку и, пуская густые клубы дыма, кашлял, утирая слёзы, мотал головой, но вновь прикладывался к мундштуку. Рядом с ним, как обычно, расположился Нушик. Усевшись по-турецки, он ел мясо с костра, и количество костей, приличной горкой сложенных рядом с ним, как бы намекало, что пожор в самом разгаре.
— Ну как тебе, Калин? — из состояния транса и неподвижности мальчика вывела Нала, ловко щёлкнув его по носу.
— … вас много, — ответил тот после секундного замешательства.
Девочка хихикнула.
— Это ещё не много. Вот когда большой базар собирается — не протолкнуться просто. Или… — в этом месте улыбка её сама собой увяла, — … если меченых бить идут. Против них все собираются вместе, — её глаза уставились в пол.
Калин покосился на девочку и поднял бровь в ожидании продолжения.
— Всё, пошли, тебя ждут! — Нала, помотав головой, припустила в сторону костра, где расположились Лаки и компания.
Калин сам не понимал, почему так обрадовался, увидев этого старого обманщика, и очень надеялся, что и остальных ребят он тоже сейчас встретит. Он поспешил вслед за девочкой, огибая различные препятствия на своём пути.
— Деда! — Нала обратилась к хуману, сидевшему спиной к подошедшим. — Вот он, — кивнула в сторону немного растерянного парнишки, — я привела его.
Калин обратил внимание, что волосы этого старика были такого же цвета, как и у девочки — пепельно-стальные, только совершенно прямые, длинные, по самые плечи. Передняя часть головы облысела до середины и сверху, Калину, стоявшему над сидящим человеком, хорошо было видно кожу. Она отдавала неестественной для живого человека синюшностью и была покрыта тёмными разводами.
— Здоров ты спать, малой, — пробубнил с набитым ртом Нюша, обгрызая здоровенную кость, и в то же время приветствуя мальчика.
Калин в ответ лишь кивнул и уставился в макушку деда, который так и не повернулся к нему лицом, продолжая смотреть на огонь.
Лаки, расплывшись в блаженной улыбке, старательно пытался сосредоточить свой блуждающий взгляд на детях, и как только ему это удалось, оскалился ещё шире с протяжным «ы-ы-ы…».
Нала, прикрыв ладошкой рот, рассмеялась.
— Люциков перекурил, — шепнула девочка. — Ничего, с непривычки все такие. Пройдёт скоро.