Новый план — это уверенная поступь советского народа к светлому коммунистическому будущему! Вперёд, к новым трудовым победам во славу нашей великой Родины!
Из Европейского турне вернуться обратно домой пришлось раньше времени. Начало пригорать на востоке — как бы двусмысленно это ни звучало.
— Итак, товарищи, кто-то может вообще мне объяснить, что происходит?
— Ким, кажется, окончательно поехал крышей, товарищ Генеральный секретарь. Выпустил на прошлой неделе предупреждение всем туристам, планирующим посетить Сеул в дни планируемой Олимпиады. Мол, приезжать не нужно, иначе вы можете стать случайными жертвами конфликта. Южные корейцы в панике, иностранцы начали массово отменять резервации на сентябрь, вся экономика мероприятия таким образом идет по одному месту, — это наш глава МИДа взял слово, и, судя по его несколько ошарашенному лицу, корейские события стали для него неожиданностью. Плохо. Плохо то, что они и для меня стали неожиданностью — не было такого в моей истории, точно не было.
— А с военной точки зрения?
— Разрешите?
— Да, Валентин Иванович, вам слово, — генерал армии поднялся со своего места, подошел к укрытому до времени тканью стенду, сдернул покрывало, одним движением разложил указку и принялся докладывать с «опорой на наглядный материал».
Генерал Огарков давно просил освободить его от работы министром обороны и вернуть на должность в Генштаб. Аргументировал тем, что здоровья тащить всю махину Вооружённых Сил СССР уже нет. Ну и в итоге я согласился, и вместо маршала на министерство поставили генерала Варенникова, известного по решительным действиям во время развала СССР в той истории. Ну, правда, вот сватали мне Ахромеева — всем хорош Сергей Фёдорович, но как можно ставить самым главным военным человека, который вместо того, чтобы защищать свою Родину до конца, кончает жизнь самоубийством? Нет уж, спасибо, мне как-то люди действия ближе.
— Кхм-кхм. Я начну, с вашего позволения, с самого начала. Ещё осенью КНДР — судя по всему, это были они — взорвали южнокорейский самолёт. Это привело к резкому охлаждению переговоров по возможной нормализации отношений, на линии разграничения участились разные мелкие стычки, — я долго не мог понять, зачем Ким лезет в бутылку и провоцирует своих южных соседей. А всё просто: противостояние двух Корей — это едва ли не единственный способ легитимизации власти в Северной Корее. Не будет противостояния с южанами, вот этого постоянного ощущения осаждённой крепости — не будет и власти Кимов. Самое смешное, что на юге происходит то же самое: там ведь в эти времена такая же военная диктатура, и условно демократическое правительство пришло к власти только уже после развала СССР. Так что это фактически двойная взаимозависимая система, вращающаяся вокруг общего центра масс. Если астрономическими терминами описывать ситуацию.