Однако ничего не попишешь, время совсем вышло, и я типа отлучился в туалет, по малой нужде, пока они все продолжали хлопать и выкрикивать мое имя. И убежал из туалета, как тогда, из школы, по решетке и вниз. А потом нашел в этой толпе своих верных адъютантов, а они там же стояли, со всеми кричали и аплодировали. И вид у них был как надо, как у других – лысины, животики, мешки под глазами, и толстые пальцы в кольцах. Я им кричу, пора сматываться, пока они все в упоении заходятся. Пора, пока уроки не закончились, и родители нас не спалили. И выдернул я их из толпы, и побежали коридорами наружу. А шум и крики все за нашей спиной не переставали.
И по улицам, по старым маршрутам, и вернули ребят с флагом на место. И толпа разбрелась кто куда, по своим домам и домишкам, откуда мы их выманили, выдернули.
И пришли к школе, и сняли галстуки-повязки, и смотрю на ребят и на себя, а мы такие же как и раньше. И ничего из того, что я видел, больше нет: ни морщин, ни старости убогой, ни нафталина, который мы по дороге поднабрали. Все прошло, и солнце опять над головой, только пора по домам. А пока наши одноклассники выходили из школы, отягощенные ненужными знаниями, типа сколько жен было у Рамзеса второго, и очередного учителя вытаскивали на носилках и засовывали в машину скорой помощи, слились мы с общей толпой в синих брюках и юбках и белых рубашках, и трепались напропалую о наших приключениях, и толкались и пихались, если нам не верили на слово, и потом разбежались, и договорились завтра опять сбежать, ведь точно должно быть еще интереснее, господа мушкетеры!!!