— Тут внимательнее, Лавренко. Откуда был командирован майор Бэлашэ — это самое важное. Если почуешь, что юлит аджюдан или для собственной значимости привирает, сразу дай знать.
— Понял.
Румын короткого разговора, видимо, не слышал: сержант Торчок очень вовремя взялся втолковывать пленному, что у Антонеску шансов на победу вообще не имелось. Продолжили допрос по существу. Пленный весьма уверенно сообщил, что майора переводили из 2-й отдельной саперно-крепостной роты.
Земляков смотрел вопросительно.
— Ничего такого, гладко, — кратко сказал Тимофей.
— Вижу. Павло Захарович, пленного — к коменданту. Скажешь, что сотрудничал мордатый, но, может, еще пригодится. Пусть присмотрят. Меня сейчас не трогать, — скомандовал Земляков. — Чапай думать будет.
Сержант повел пленного, Тимофей с водителем отошли в сторону. Старший лейтенант сидел в машине и не столько думал, сколько быстро и внимательно просматривал записи в своем блокноте.
— Во проняло, даже не докурил командир, пальцы обжег, — прошептал Андрюха. — Они, между прочим, знающего офицера еще раньше нас отыскали. Но тот капитан просто знал, что наш Бэлашэ до дивизии доехать не успел. А твой толстяк поосведомленнее. Здорово ты его углядел. Как прыгнешь!
— Ну да. Толку-то. Тут вопросы сложные.
Тимофей точно знал, что группа не преуспела. Раз нет здесь майора, значит, и ехали напрасно, только бензин жгли, время тратили и людей отвлекали. Бывают неудачи у контрразведки. Сейчас старший лейтенант пытается оправдание найти и хоть что-то полезное придумать. Кстати, Земляков еще недавно курил, и не особо культурный табак, привычка дымить есть. Наверное, после ранения курить доктора запретили, он и бросил.
Командир группы выпрыгнул из кузова, обошел машину и вдумчиво, длинно и интернационально выругался — гавкающие немецкие ругательства и мат в плотной интернациональной смеси звучали доходчиво.
— Где Торчок?
— Здеся я! — немедля откликнулся подошедший сержант.
— Отож едем и поспешаем, — скомандовал командир группы. — Можем успеть, есть шансец.
— А курс? — уточнил Торчок.
— В штабдив, это километров десять. У них ближайшая толковая связь. Далее по обстоятельствам. Андрей, твою… Мы уже стартовать должны!
Дальше пошло уж так прытко, что Тимофей и удивляться не успевал. Промчались к другому селу. У затора на перекрестке командир встал в кабине, заорал и так явственно грозил автоматом, что живо рассосалось. Подкатили к хатам. Штаб дивизии тут не особенно разворачивался, явно собирались двинуться дальше.
Земляков скомандовал: