— И отчаяние их родителей будет безмерно, — кивнула нонна Шавье. — Горы — часть драконьих владений. Это своеобразный культурный центр, если ты понимаешь, о чем я. Сами-то кланы живут на островах, а сюда прилетают лишь ради храмов. В центре есть Старший Храм, он окружен непроходимой горной грядой. Пройти в него можно только через подземный ход, а выйти… Выйти лишь с самой высокой башни. С нее-то и слетают малыши, встающие на крыло. За пределами горной гряды их ждут матери — помочь, подставить крыло. Отцы в это время возносят хвалу Небесным Странникам в главном храмовом комплексе.
— А если у ребенка нет матери?
— Значит, отцу следовало жениться хоть на ком-нибудь, чтобы не оставить ребенка в одиночестве, — строго проговорила нонна и вновь коснулась горла. — Вы видели сон?
— Да. И я не понимаю, почему его видела именно я.
— Вероятно, это влияние особой связи близнецов.
— Не думаю, что у нас с Кики есть эта самая связь.
Нонна только улыбнулась и, легко покачав головой, удалилась в сторону лестницы. Ее утренняя рутина только начиналась — поднять лорда и леди Дьерран, благословить их, благословить весь дом… Как она, должно быть, от нас устала.
«А ведь сегодня и ее последний день, — пронеслось у меня в голове. — Куда же она отправится дальше?»
Но гораздо больше меня волновала янтарно-зеленая дракошка. Я коснулась пальцами чешуи на своем запястье и ахнула: пластинки были ледяными. Она замерзла насмерть?!
Потерев чешуйки, я отметила две вещи: во-первых, отток магии был очень и очень сильным, а во-вторых, упругие пластинки стали теплее.
«Ох, не того ты себе помощника нашла, малышка», — подумала я. Мне ведь сегодня уходить, а с магическим истощением далеко не уйдешь.
Вот только… Кто еще ей поможет? Кики? Судя по тому, что связь крошка установила со мной, сестрица от нее уже отказалась.
«Как бы это узнать? — подумала я. — Неужели Кики могла бросить ребенка умирать?»
Неужели я брошу ребенка умирать?
Тяжело вздохнув, вновь коснулась ледяных чешуек и уже полностью сознательно поделилась с ними магией.
Руку обожгло теплом. Излишки магии соскользнули по запястью и яркими искрами рассыпались вокруг меня.
Что ж, это вполне посильно. По крайней мере, для меня.
— Доброе утро, матушка, — раздался манерный голосок сестрички.
И я тут же шмыгнула в свою комнату. Послушаем-послушаем.
— Доброе, мое солнышко, — пропела матушка, — девочка моя, последнее ведь наше утро. Как ты спала, ясная моя?
— Сначала не очень хорошо, — голос сестрицы помрачнел, — мне снилась какая-то драконица, она куда-то летела, было холодно и гадко. Мне не понравился этот сон, я пожелала проснуться. Помнишь, как ты меня маленькую учила, если кошмар вдруг снится?