При слове «процедуры» все сжались и с ужасом уставились друг на друга.
— У нас все хорошо, Марья Ивановна, — тихим голосом ответила девочка, сидящая впереди.
— Хмм, ты уверена, Скворцова? Ладно, давайте там поднажмите. А то уже скоро обед, на который можно не попасть, если не сделать норму, — бросила в ответ дама и принялась раскладывать какие-то бумаги.
Сбоку послышались всхлипывания. Все резко замерли, училка повернула голову и спросила:
— Какого черта? Кто опять там разнылся?
— Марья Ивановна, тут такое случилось… — жалобно проскулил Синицын, который еще недавно был местным авторитетом. — На меня Светлов напал и ударил. Больно очень, глаз чуть не выбил.
«Скотина! Не успел получить по шее, как жалуется. Он крупнее меня раза в два, как не стыдно. Хотя, чего я хотел? За свои триста лет часто такое встречал, причем в большей степени среди взрослых», — со злостью подумал я, решив взяться за пухляша чуть попозже. Похоже, он мало огреб, надо провести очередной сеанс воспитания.
— Я не поняла, Синицын, ты отвечаешь за дисциплину, не так ли⁈ Тебя все слушаются, как шелковые! — гневно воскликнула женщина.
— П-п-простите, он сзади напал. Ребята, вон, подтвердят, — простонал малолетний мудила.
Разумеется, все подтвердят. Небось, у Кольки много шестерок; но мне на это как-то плевать.
— Ладно. С тобой все понятно, — с досадой бросила Марья Ивановна, не желая наказывать фаворита.
Зато на меня посмотрела так, будто хотела сожрать. Казалось, у нее выросли клыки, как у черного аспида из Ущелья. Дети оторвались от компов и затихли, с ужасом представляя, что со мной сейчас будет.
— Светлов, какого хрена ты сделал? Решил распустить руки, не так ли? Может тебя отправить на процедуры, чтоб успокоился? Вроде мелкий очкарик, а так накосячил, — произнесла дамочка, сверля меня едким взглядом.
Кажется, сейчас что-то будет. Слово «процедуры» считается чем-то страшным. Я понятия не имею, что это. Вряд ли речь о массаже с лавандовым маслом под звуки виолончели.
Только меня этой дрянью не напугаешь. Чувствую, как энергия наполняет каналы. В случае чего, дам отпор, и ублюдкам явно не поздоровится.
Глава 2
Не понял, как она со мной разговаривает? Я в теле наследника дворянского рода, а не крестьянского сына. А вот и новый отдел памяти распечатан. Выходит, я из богатой семьи. Причем явно не сирота, не бастард.
Тогда почему меня сюда заточили? В нормальной школе для аристократов к детям обращаются на Вы да с поклоном. Малейшая жалоба на учителя может обернуться скандалом. А здесь все, мягко говоря, по-другому; над нами попросту издеваются, мешая с дерьмом.