Не попробует ли он, возможный изменник и предатель, направить ствол пистолета в сторону Вождя?
Однозначно будет признан таким злодеем после крайне опрометчивого поступка. Больше ничего не потребуется натасканным церберам, чтобы констатировать покушение на охраняемую персону.
Уверен, тогда никакое звание и должность, как дружеские отношения с Вождем, не спасли бы Климента от быстрых пуль умелых стрелков. Думаю, именно такие красавцы стрелять точно и метко хорошо обучены.
Впрочем, он сам такое положение хорошо понимает, заодно отлично осознавая, что применять оружие в кабинете Вождя без его личного приказа — смерти подобно.
Да еще в лекаря, который обихаживает того лично.
Так ведь слово молвить Вождь сам всего-навсего лекарю разрешил почему-то. Значит, не стоит так рисковать жизнью и пока отлично складывающейся карьерой.
Поэтому пять секунд он старательно целится в мою сторону, подальше от тела Вождя, а потом быстренько убирает свой черный ТТ в кобуру, заметив становящийся недовольным хладнокровный взгляд товарища Сталина.
— Иосиф, прошу меня простить! Однако такую клевету на нашу армию я слушать не могу! Убил бы гада! Разреши мне это сделать лично! Хотя бы во дворе его пристрелю!
Буденный, наоборот, сейчас благоразумно молчит и не размахивает стволом, он-то не несет непосредственной ответственности сейчас за все вооруженные силы Советской страны.
Которые, по моим рассказам, получат здоровенных люлей в совсем недалеком будущем.
Отвечает только за ее кавалерию и состояние лошадок, еще выездку и прочее владение лошадиной матчастью непосредственно. Данную сторону я не критикую совсем.
Красные командиры из Генштаба тоже вылезать с заявлениями не спешат, хорошо понимая, настолько такое здесь и сейчас опасно. Да еще не понимают они ничего в происходящем.
Откуда я такой всезнающий взялся на их голову? Что учу их всех, да еще таким тоном сильно убедительным.
— Могу ответить, товарищ Сталин! Поздно будет уже что-то менять, когда наступление на линию Маннергейма захлебнется. А вот подготовиться к нему как следует заранее, чтобы тяжелым калибром повыносить не такие уж могучие бетонные укрепления белофиннов вполне возможно. Только одни войска Ленинградского округа не справятся с умело воюющими финнами, необходимо сконцентрировать гораздо более серьезные силы. Само время выбрано правильно, замерзшие болота и озера помогут нашим воинам наступать везде. Все мои четыре основных рекомендации зафиксированы на бумаге, сейчас лежат среди моих вещей. Они должны дать возможность избежать больших потерь и разгромить финскую армию гораздо сильнее и быстрее. Потому что в противном случае белофинны вместе с немцами неминуемо вступят в войну с Советским Союзом, захватят всю Карелию и могут дойти даже до Свири. Необходимо разоружить финнов любой ценой до полного нейтралитета в будущей войне. Пусть даже придется дойти до Хельсинки!