Мы покормили маленькую и спустились с ней в гостиную. Тася выпила свою вкусняшку‚ снова уткнулась в телефон. Пока взрослые «сошли с ума» и позволяют играть, сколько она захочет, малая пользовалась ситуацией по полной. Я тихонечко обратилась к Нику.
— Что теперь будет, Никит?
Он потер переносицу.
— Теперь мы обратимся к Принцу и узнаем, как можно в короткие сроки переписать на тебя дочь. Если ты не против, конечно.
Мужчина замолчал, я нахмурилась.
— Я хочу как можно скорее стать полноправной матерью своей дочки!
Ник улыбнулся.
— Тогда, я думаю, не будет никаких проблем. А потом мы докопаемся до истины — почему так вышло.
Я поежилась. В этот самый момент раздался звонок мобильного Никиты. Младшая сестра велела ему открыть ворота, чтобы въехал ее автомобиль. Ник удивился не меньше меня. Всегда занятая детьми родственница практически не бывала в особняке брата-хоккеиста. Ник открыл, и они вернулись втроем — он, София и их мама, Ольга Павловна. Я не знала, будем ли мы говорить им новость, и уж тем более, как они ее воспримут. Однако женщины решили шокировать нас первыми.
— Расскажи им всё, мама, — строго велела Софа, — иначе эта тайна тебя убьет.
Ольга Павловна поправила прическу дрожащими пальцами.
— О чем ты? — Ник посмотрел на сестру.
Но та не дрогнула.
— Это не мой секрет. Давай мама, твой сын заслуживает правды.
Ольга Павловна сипло вдохнула, повернулась к Никите.
— Ляля — дочь Евы, Никит, — сдавленно произнесла она.
— Мы знаем, — Ник, было, улыбнулся, но тут же его лицо вытянулось, — а ты что, в курсе?!
Ольга, не переставая с трудом выдыхать воздух, опустилась на диван. София поджала губы и встала рядом. Я молчала, хотя вопросов к бабушке моей дочки назревало много. Но я понимала, диалог с матерью должен вести Никита.
— Прости, сынок! — из глаз женщины выкатились слезы. — Я хотела тебе только добра!
— Так!
Ледянский сложил руки на груди. София не выдержала.
— Мама, не тяни резину!
Ольга Павловна тряхнула головой, потом вскинула подбородок.
— Я знала, что тот эмбрион, который подсадят Еве, будет получен из ее яйцеклетки. Услышала разговор Есении с замом главного врача клиники. Ник, я хотела сохранить вашу семью!
Никита взялся за виски.
— Какую семью, мама?! Расскажи подробно, как всё произошло.
Ледянская с обреченным выражением лица пустилась в рассказ.
— Я была так рада, сынок, что вы поженитесь. У мужчины должна быть семья, чтобы ему некогда было думать о глупостях! А ты закончил спортивную карьеру, я боялась, ты пустишься по наклонной, у тебя появятся вредные привычки. Как ты помнишь, я во всем поддерживала вас, нередко сопровождала Есению в медицинский центр. После процедур порой она чувствовала себя плохо… В один из дней она попросила подождать ее внизу в такси. Ее все не было и не было, а у меня упало давление, и жутко хотелось кофе. Я поднялась, успела выпить чашечку в местном безалкогольном баре. Еся не звонила, и я пошла ее искать. Медсестры посоветовали пройти к кабинету ее друга и… Я не хотела подслушивать! Но они почти кричали. Он уговаривал ее замолчать, но она настаивала — он должен взять донорские клетки у суррогатной матери.