Теплый дом встретил тишиной и смесью запаха кофе и духов. «Теща что ли была?» — внезапно подумалось. Алексей снял в холле пальто и направился к лестнице. Проходя мимо коридора, ведущего в крыло прислуги, он краем глаза уловил легкое движение. Помедлив, он шагнул в сторону — навстречу ему скользнула Инга…
С трудом оторвавшись от внезапных жарких поцелуев, Алексей слегка похолодел: если Марина была дома, шансы попасться у него были очень даже велики. Но беспокойство вызывала даже не жена: вездесущая Валечка, несмотря на излишне пышную комплекцию, двигалась совершенно бесшумно, и нос совала буквально везде… Инга угадала его мысли.
Приложив тонкий пальчик на его губы, она тихо прошептала:
— Не бойся, Валентину увезла Ната Маратовна, Марина уехала на йогу, а Люся телевизор смотрит наверху…
Совершенно потеряв голову от тепла ее податливого тела, Алексей принялся осыпать поцелуями прекрасное лицо и, схватив девушку в объятия, зарываясь лицом в душистые вьющиеся волосы, рассыпавшиеся по плечам и полной, почему-то уже полуобнаженной груди…
От страстной игры их отвлекла внезапно громко хлопнувшая входная дверь. Отскочив друг от друга, они, пытаясь восстановить дыхание, начали судорожно приводить в порядок одежду.
Пригладив взъерошенные волосы, Алексей наконец-то решился выйти с темного коридора в ярко освещенный холл. Посреди, рядом с высокой елкой, в узких джинсах, которые делали ее стройную фигурку совершенно подростковой, стояла его жена, удивленно и непонимающе глядя на него.
— Ты что там забыл? — Марина переводила взгляд со входа в коридор на ставшего внезапно сердитым супруга.
— Марина, что происходит? Где ты? Где Валя? Почему я всех должен искать? — на повышенных тонах начал выговаривать жене Алексей.
— Ну, мог бы и просто мне позвонить, и искать не пришлось бы: я на йоге, Валя у родителей Зину замещает. — Слегка пожав плечами, ровно и спокойно ответила Марина.
— Что значит «замещает Зину»? А здесь она не нужна? Мое мнение в этом доме никто не хочет спросить? — еще слегка повысил голос Алексей.
— Милый, не горячись. — Ответ жены прозвучал обманчиво мягко и неожиданно ехидно. — За этот дом папа с мамой платят, так что вряд ли твое мнение тут так важно…
И, вглядевшись в растерянное и разозленное лицо мужа, окончательно припечатала:
— И зарплата прислуге, кстати, платится ими же.
Повернувшись к нему спиной, она медленно поднялась по широкой лестнице, оставив униженного и раздавленного мужа стоять столбом возле ярко украшенной елки.
Прислонившись к стене и затаив дыхание, Инга с ужасом слушала диалог в холле. Несмотря на поставленную задачу скомпрометировать Алексея, она понимала, что время этому не пришло: Марина сейчас еще легко смогла бы простить мужа. А Ингу ждало молниеносное увольнение и отсутствие солидного вознаграждения.