— Я…
— Присядете? — перебивает он, вдруг указывая на место перед его огромным рабочим столом.
Я закрываю рот и делаю медленный вдох. Ладно, только спокойствие.
Киваю и прохожу на предложенное место, а он обходит стол и садится напротив. Мы теперь чуть ближе, но массивная столешница между нами ощущается как намеренно выстроенный барьер. И, странно, это даже помогает: спазм в груди немного отпускает, становится легче дышать и думать.
— Я пришла обсудить с вами условия, что вы предложили моему отцу…
— Так значит, Некрасов готов на обмен? — насмешливо перебивает и вздергивает бровь Титов.
Раздражение вспыхивает мгновенно.
— Они еще в силе? — игнорирую его вопрос, потому что пока сначала должна узнать все сама, прежде чем Титов догадается, что отец не в курсе о моем визите. Есть большая вероятность, что этот неприятный тип просто не станет со мной говорить.
Внешне Егор Титов совсем не выглядел неприятным. Высокий, с атлетическим сложением, аккуратной стрижкой и правильными чертами лица. У него виднеется шрам над правой бровью и на лбу, который закрывался небрежно спадающей челкой, сломанный нос. Но даже это не портило его. На лице особенно выделялись его темные глубокие глаза. Но именно они же и портили весь образ. В них отражалось то, каким он являлся внутри. Холодным, беспринципным и мстительным.
— Вы в курсе этих условий? — вдруг спрашивает он, не отрывая от меня тяжелого взгляда.
Мы что, так и будем мериться вопросами?
Вспышка гнева на мгновение едва не развязывает мне язык, и я чуть было не посылаю Титова в задницу, но вовремя себя останавливаю и делаю глубокий вдох.
Следующие слова даются тяжело.
— Поскольку это касается меня, я хочу лично обсудить с вами условия и все остальное… если это еще актуально, — выжидающе смотрю на него, пока он сканирует меня.
— Продолжайте, — наконец кивает он.
— Я хочу документально зафиксировать, что вы прекращаете любое давление на бизнес моего отца и останавливаете поглощение. И обсудить, чем именно могу быть вам полезна, раз вам понадобилась я…
Он вскидывает брови, впервые выказывая какое-то подобие удивления, задумчиво касается пальцем губ. Я прослеживаю за этим движением, до боли сжимая лямку сумки, которая после этого похода точно превратится в тряпку. Мы некоторое время молчим, потом он усмехается и снова задает чертов вопрос:
— Хотите кофе?
Моя нервная система, и без того похожая на карточный домик, рассыпается окончательно. Кофе? Тут судьбы решаются, какой к черту кофе?
Я вскакиваю на ноги, гневно глядя на него сверху вниз.
— Нет, Титов, я не хочу кофе! Я ничего не хочу, кроме как четко обсудить то, за чем пришла. Мы приступим уже к этому или будем ходить вокруг да около?