— Где и когда?
— Место выбирайте сами, мне все равно. Время… В шесть вечера заканчивается работа конференции фронтовых врачей. Подъезжайте к госпиталю после этого часа. По традиции дуэли назначают на утро, но вечер не хуже, к тому же летний день долог. Быстрее начнем, быстрее закончим. У вас все?
— До встречи вечером, господа!
Все-таки нахамил напоследок… Я бросил потухшую папиросу в урну и пошел к выходу. В зал, однако, войти мне дали. Прибежал адъютант Елахо-Цехина и потащил меня к тайному советнику.
— Что это вы затеяли, голубчик? — набросился на меня начальник госпиталя. — Знаете, с кем связались? Гучков — известный дуэлянт и отменный стрелок. Вы можете погибнуть. Это я вам как коллега и как старший по чину говорю. Какая потеря будет для медицинской науки!
— Успокойтесь, Порфирий Семенович! Стрельбы не будет. Я принесу извинения, и покончу с этим делом.
— Если так… — вздохнул он. — Сволочной тип этот Гучков! Сам же виноват. Зачем было перечить цесаревичу?..
Я вернулся в зал. Конференция продолжалась, я ловил на себе взгляды коллег, в них читалось сочувствие и сожаление. Да что они все?..
Подполковник не обманул: за воротами госпиталя нас ждали два автомобиля. Ну, да, к месту дуэли противники едут в разных экипажах, не то еще подерутся по дороге. Шутка… Мы с Мишей сели и покатили следом за «Руссо-балтом» Гучкова. Ехать оказалось недалеко. Внезапно булыжная мостовая сменилась отсыпанной гравием дорогой, автомобили миновали каменные столбы ворот и замерли у обширной поляны.
— Где это мы? — спросил я шофера.
— Нескучный сад, ваше превосходительство, — ответил он.
Мы с Мишей выбрались наружу. Я оглянулся по сторонам. У края поляны виднелась группа мужчин. При виде нас они оживились и достали из карманов блокноты. Некоторые засуетились у камер на треногах. Репортеры? Что они здесь делают?
Из первого «Руссо-балта» выбрался Гучков с подполковником. Последний устремился к нам.
— Зачем здесь эти люди? — указал я на репортеров.
— Вы нанесли Александру Ивановичу оскорбление публично. Пусть таковым будет и извинение. Репортеры об этом сообщат.
Я ощутил, как изнутри поднимается гнев, но загнал его внутрь усилием воли. Хрен с ними!
— Прошу за мной! — пригласил подполковник.
Мы вышли к поляне, где встали друг против друга: я — рядом с Мишей, Гучков — с подполковником.
— Явившись сюда, господа, вы подтвердили свою готовность драться, — торжественно объявил Керножицкий. — По дуэльным правилам до начала схватки предлагаю решить дело миром. Что скажете, господа?
— Не против, — кивнул я. — Надеюсь, Александра Ивановича устроят мои извинения.