Просто снег.
Я откинулся на спинку. Выдохнул. Позволил плечам опуститься на полсантиметра — ровно настолько, чтобы почувствовать облегчение, но не настолько, чтобы расслабиться.
Просто снег.
Не артефакт или ментальный удар. Обычная российская зима, которая решила напомнить, что для убийства людей на трассе ей не нужна магия. Достаточно миллиардов кристалликов замёрзшей воды, летящих горизонтально со скоростью тридцать метров в секунду.
Природа, мать её, иногда подкидывает сюрпризы похуже любого Архивариуса.
Фырк завозился. Его тёплое тельце прижималось к моей груди, и я чувствовал, как он вертит головой, пытаясь высунуть нос из-за воротника.
— Двуногий, — пробормотал он сонным, хриплым голосом. — Почему трясёт? Мы ещё едем или уже падаем?
— Метель, — коротко ответил я.
— Настоящая или та, с артефактом?
— Настоящая.
— Тогда разбудишь, когда будет ненастоящая. Я сплю.
И уткнулся носом обратно мне в рёбра. Через три секунды его дыхание выровнялось. Уснул.
Адаптация у него была поразительная. Впрочем, три века — срок достаточный, чтобы научиться спать в любых обстоятельствах и просыпаться только тогда, когда от этого зависит чья-то жизнь.
— Рогов, — сказал я, — не сбавляй ход. Если встанем — нас занесёт по самую крышу за минуты. Жми.
Рогов кивнул. Коротко, по-военному. Его рука вернулась на руль — обеими теперь, десять и два, как учат на курсах экстремального вождения. Внедорожник ревел мотором, продираясь сквозь снежную стену, как ледокол сквозь торосы.
Я посмотрел на Ворона. Птица дремала в своей коробке, обложенная полотенцами, и даже не шевельнулась. Ворон принадлежал к тому типу существ, которые научились различать реальную угрозу от обычного дискомфорта и не тратить энергию на второе.
Рация зашипела.
— Первый, это Второй! Приём!
Голос из задней машины, где ехал Величко. Сквозь помехи, но разборчиво.
Рогов схватил микрофон.
— Второй, слышу! Доклад!
— Держимся за вами по колее. Пациент стабилен. Видимость — дерьмо. Разрешите увеличить дистанцию до пятидесяти метров, а то ваши задние фонари сливаются в одно пятно.
— Принял. Пятьдесят метров, не больше. Если потеряешь нас визуально — моргни дальним трижды.
— Понял.
Рация щёлкнула и замолчала. Связь держалась. Вторая машина на хвосте. Величко жив. Ордынская рядом. Фырк тёплый. Ворон дремлет.
Всё под контролем. Пока.
Трасса гудела под колёсами, и ветер выл за бронированными стенками, как стая голодных волков, учуявших добычу.
Мой внутренний хронометр отсчитывал минуты.
Одна.
Три.
Пять.
Метель не утихала.
Рогов ехал по приборам. Навигатор на панели показывал синюю нитку трассы, а впереди, за стеклом, был только белый хаос.