А потом я развернулся и побежал.
Я передвигался довольно быстро, активировав Шаг Ветра, правда не во всю силу, но так, чтобы создать нужный темп. Ци привычно шла в ноги, как лёгкий толчок от земли при каждом шаге. Это позволило мне держать хорошую скорость, очень похожую на скорость обычного человека, но немного быстрее. Мне не надо было уходить от Медведя, чтобы спастись. Мне надо было, чтобы он видел, что я бегу, и что он может меня догнать.
За спиной грохотало и завывало.
Медведь бросился за мной, гудя на бегу. Он двигался намного проворнее, чем можно было ожидать от такой тяжеленной туши. Я чувствовал, как земля дрожит под его гулкими и тяжёлыми шагами, и каждый из них становился немного ближе. Кажущаяся неповоротливой каменная масса неслась стремительно, разгоняясь всё сильнее и сильнее.
Мы шли почти по прямой, и он начал меня ощутимо нагонять. Вонь мерзости за спиной усилилась. Я едва сдержался, чтобы не закрыть лицо рукавом.
Впереди показался вход в ущелье.
Я нырнул в него, не замедляясь, и побежал по дну, которое вчера протоптал несколько раз, и сейчас смог бы пройти с закрытыми глазами. Ноги шли сами: камень здесь, уступ там, поворот, выступ у правой стены. Я огибал их не думая.
Медведь вломился в ущелье за мной. Звук его шагов резко изменился: вместо открытого гулкого удара о горную почву, возникло резкое, многократное эхо, которое скакало и металось между стенами. Он не замедлился на входе и не почуял подставы. Он видел только меня.
Я бежал вперёд. Впереди был уступ, я перелетел его не сбавляя скорости.
Стены давили с обеих сторон. За спиной нарастал грохот, который ощущался в воздухе как отвратительная вибрация, потому что зверь был уже совсем рядом, и земля под ногами дрожала от его веса.
Мои метки мелькнули перед глазами. Сейчас будет тот самый уступ!
Вот он!
Я взлетел на него одним прыжком и в следующую секунду оказался на верхнем краю, над выходом из ущелья, там, откуда хорошо было видно всё дно расщелины, и развернулся.
Каменный Медведь был прямо подо мной внизу, большой и переполненный яростью, перегородив ущелье, как пробка перегораживает узкое горлышко кувшина. Он уже почти встал на уступ именно там, где мне было нужно, под тем самым карнизом.
Он замедлился, потеряв меня, поставил переднюю лапу на камень и поднял морду, чтобы оглядеться. Он мощно втянул воздух и рыкнул. Маленькие глаза под тяжёлыми каменными надбровьями нашли меня.
Я был прямо над ним, в десяти шагах, и у меня было ровно одно мгновение до того, как он поймёт, что оказался там, где я хочу.