— Вот… Ужасные, да?
С неприкрытым смущением пошевелив ногами, Ровена вытянула пальцы ног с таким страдальческим видом, будто ждала, что Арс должен при одном виде немедленно потрясти решетку и потребовать перевода в другую камеру. Арс ласково тронул трогательные розовые пальчики. Затем потянул их на себя, заставляя Ровену завалиться на спину.
— Что ты делаешь⁈
— Рассматриваю твоих красивых червячков… И думаю, что они больше похожи на хорошенькие грибочки.
— Дурак, — сердито отозвалась Ровена снизу, пытаясь вырвать ногу. Арсиний не дал.
— Самые хорошенькие и аппетитные… — он коснулся розовых пальчиков губами. — А ругаться будешь? Говоришь, умеешь… Я бы послушал. Может научишь новым словам… Я выучил твою «падлу».
— Дурак… — уже тише произнесла Ровена, начиная улыбаться.
Арс пощекотал пяточку.
— Что там еще по списку… хохот? Ну, впечатли меня…
Уже почти стемнело, когда в начале коридора лязгнула дверь, наполняя притихшие камеры предварительного заключения шелестом юбок, взволнованными голосами, запахом духов и множеством поспешных шагов.
— Где она? Где? Вена! — прозвучал голос барона Тиренниса.
Воздух содрогнулся. За стенкой недовольно закряхтел разбуженный «певец».
— Вена! Вена⁈ — это мама.
— Если моя внучка хоть на кончик когтя пострадала, я это так не оставлю, — раздался зычный голос бабушки. — Вы ответите!
— Если пострадала — отвечу, — сообщил в ответ флегматичный голос начальника тюрьмы.
Шаги приближались. Ровена спрыгнула с полки.
— Мама! Папа! Бабушка!..
О том, что некоторые бабушки — на вес золота
— Мы успеваем? — в десятый раз спросила Ровена. Нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, она стояла перед зеркалом в собственной комнате, пока срочно вызванная портниха ползала вокруг, спешно подшивая подол.
— Успеваем, — в десятый раз мерно ответила баронесса Дездрона, с улыбкой наблюдая за терзаниями дочери.
Ровена находилась дома четыре дня и столько же не видела Арсиния. Четыре бесконечных дня.
В последний раз они виделись еще в камере: Арс заставил Ровену уйти с родителями, а сам остался дожидаться своих. После отец сообщил, что ее спаситель плотно занят на даче показаний. И вот, наконец, ему дали выходной на короткие полдня, он отписал, что прилетит.
Нервничая, Ровена сменила уже с десяток платьев, придираясь к мелочам. В одном ей не понравился собственный цвет кожи, в другом цвет платья. Третье провинилось длиной на два пальца короче желаемого, четвертое платье сидело идеально, зато в нем можно было только стоять. В общем, надеть на свидание оказалось категорически нечего. Пришлось срочно шить новое платье.