Да и сама поездка предполагалась недолгой. К вечеру они должны были добраться до постоялого двора в деревне Шомберг, самом дальнем поселении городского округа Вистенштадта. Там Видо собирался переночевать, заодно расспросив трактирщика о новостях, а утром снова отправиться в путь, чтобы к обеду быть в Дюневальде, где жила подозрительная девица по имени Ева-Лотта, ученица местной знахарки и нелицензированная ведьма.
Ну а дальше все будет зависеть от обстоятельств. Если вину девицы подтвердят надежные свидетели и чутье самого Видо, ему придется выяснить степень этой самой вины хотя бы приблизительно. Одно дело, если ведьма лечила людей и скот, заговаривала землю на плодородие или искала хорошие места для колодцев. Тогда Видо как патермейстер Ордена должен будет всего лишь вынести ей порицание за отсутствие лицензии и наложить штраф на общину. Нет, герр Ясенецкий, не на саму ведьму — ну какие деньги у деревенской знахарки?
О наличии лицензии для своей ведьмы должна заботиться именно община, ведь если они пользовались ее трудами, значит, несут за нее ответственность. Староста обязан был сообщить патермейстеру своего округа о появлении ведьмы, патермейстер — проверить умения, оценить законопослушность и благочестие знахарки, а потом преподать ей основы «Уложения о ведьмовском роде, Господу послушном и от Врага отрекшемся».
После этого знахарка дала бы клятву соблюдать законы божеские и человеческие и получила бы книгу записей для учета своих дел, орденскую же лицензию и нагрудный знак, обязательный к ношению. Да, вроде кошачьего жетона, вы совершенно правы. Этот знак фиксирует использование силы, так что любой орденский мейстер может проверить с его помощью законопослушность ведьмы или ведьмака. Нет, осечек обычно не бывает. Имеются некоторые тонкости практического порядка, но это долго объяснять…
И нет, Видо понятия не имеет, почему в случае с девицей Евой-Лоттой, сиротой крестьянского сословия, все получилось иначе, и покойный патермейстер Вольф за целых три месяца не нашел времени наведаться в поднадзорную деревню!
На последней фразе раздражение все-таки прорезалось в голосе, потому что Ясенецкий вопросы задавать перестал. Видо, разумеется, немедленно извинился и пояснил, что его дурное настроение связано не с беседой, а с необходимостью делать чужую работу, причем безнадежно просроченную! За три месяца, или сколько там прошло со времени последнего визита Вольфа, ведьма без лицензии могла натворить чего угодно! О чем вообще Вольф думал, когда… Впрочем, это неважно и к делу не относится.