Решившись, я сказал мальцу:
— Хорошо, поедешь с нами, только, чур, слушаться нас беспрекословно, иначе отправим тебя к твоему дяде в Ростов. Договорились?
— Договорились! — обрадовался мальчуган; глаза его радостно засияли. — Я буду вас слушаться. — А потом, немного подумав, спросил: — А пистолет мне дадут?
14 января 1942 года. Восточная Пруссия. Объект «Вольфшанце», Ставка фюрера на Восточном фронте
Присутствуют:
Рейхсканцлер Адольф Гитлер;
Рейхсмаршал Герман Геринг;
Командующий Кригсмарине адмирал Эрих Редер;
Команующий подводными силами адмирал Карл Дениц;
Глава ОКВ генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель;
Глава РСХА обергруппенфюрер СС Рейнгард Гейдрих;
Глава Абвера адмирал Вильгельм Канарис, министр вооружений Фриц Тодт;
министр пропаганды Йозеф Геббельс.
Гитлер сидел один в зале для совещаний за большим круглым столом. Он был мрачнее тучи. За дверью ждали приглашения войти Геринг, Редер, Дениц, Кейтель, Гейдрих, Канарис, Геббельс и Тодт. Они знали, что сегодняшнее совещание может стоить некоторым из них карьеры. А может быть, и не только карьеры — Гитлер под горячую руку бывал жесток и беспощаден. Поэтому они не спешили входить в зал, ожидая, когда их пригласит туда адъютант фюрера.
Но Гитлер не спешил. Он думал. Проклятые русские в очередной раз испортили ему настроение. Удар, нанесенный по нефтяным полям Плоешти, мог грозить Рейху большими бедами. Ведь нефть — это кровь войны. Это горючее для моторов самолетов, танков, автомобилей, кораблей. И нехватка горючего могла вызвать анемию вермахта и люфтваффе. Со всеми катастрофическими последствиями.
Фюрер лихорадочно думал, как и где найти новые источники горючего. Надо было срочно искать выход из создавшегося положения.
Гитлер еще раз посмотрел на часы и нажал на кнопку. Появившемуся в дверях адъютанту он кивнул головой, после чего в зал по одному стали заходить приглашенные на совещание.
Первым вошел Рейхсмаршал Герман Геринг. «Толстый Герман», весельчак и жизнелюб, сегодня был не похож на себя. Он ожидал публичного разноса и старался лишний раз не рассердить фюрера. Такими же поникшими и скучными были два адмирала — Редер и Канарис. Дениц, напротив, был невозмутимо спокоен. Так же подчеркнуто бодро и деловито выглядели Гейдрих, Кейтель и Тодт. Геббельс, как преданный пес, смотрел в глаза фюреру, готовый в любой момент разбиться в лепешку, но выполнить приказ вождя Рейха.
Хмуро глядя на своих подчиненных, Гитлер кивком головы предложил им занять места за круглым столом. Сам фюрер садиться не стал. Он начал свою речь стоя, словно выступая на митинге.