К горлу подкатил ком отвращения. Неправильно свысока смотреть на других, но перед глазами были не люди, а стадо, наплевать на справедливость — лишь бы накормили зрелищем и дали повод забыть о собственной убогой жизни. Где-то на краю толпы женщина подсадила ребёнка повыше на плечи, чтобы тому было лучше видно.
Вилл перевёл взгляд выше, охватывая всю картину целиком. По периметру площади возвышались импровизированные помосты — наскоро сколоченные деревянные подмостки, образующие подобие коробки вокруг места казни. На этих временных стенах заняли позиции те, кому было доверено обеспечить безопасность магов: лучники с натянутыми тетивами, колдуны с готовыми заклинаниями. Ассист оттуда всегда прилетал жуткий.
— Привести в исполнение…
— Именем Святого Рыцаря, призываю — остановитесь! — голос прорезал гул площади, как удар колокола. Властный, решительный, он не просил — он требовал.
Площадь замерла. Глашатай застыл с поднятой рукой. Лучники дёрнули луками, опуская стрелы вниз. Маги на мгновение ослабили концентрацию, и тонкие светящиеся нити, протянувшиеся от их ладоней к раме с Аргеннаром, мигнули и затрепетали, словно струны на ветру. Толпа, секунду назад жаждавшая крови, вдруг притихла, ошарашенная дерзостью прервавшего казнь крикуна.
На помосте стояла металлическая рама — жуткое сооружение из тёмного железа, опутанное светящимися голубоватыми рунами. Тяжёлые зажимы сковывали запястья и лодыжки Аргеннара, удерживая его тело в вертикальном положении, а широкий обруч плотно охватывал лоб, не давая повернуть голову. Даже сейчас, прикованный к этой дыбе, Кровавый целитель дёрнулся на голос, но рама не позволила ему обернуться. Седые волосы, спутанные и грязные, свисали до плеч, налипая на покрытое кровью лицо, изборождённое морщинами усталости. Теперь стало ясно, почему Кэхил, встретивший их в этом теле, выглядел так ужасно.
Вилл не стал терять драгоценные секунды. Пока все взгляды метались в поисках дерзкого крикуна, он бесшумно скользнул вперёд. На узком помосте было лишь двое, и видеть невидимое, к счастью, они не могли. И всё же, осторожность граничила с параноей — невидимость невидимостью, но одно неловкое движение, один случайно задетый плащ, и всё полетит к чертям. Сердце колотилось где-то в горле. Багровые капли с мантии Аргеннара падали на деревянные доски помоста, и Вилл остановился прямо перед небольшой лужицей.
Маги растерянно переводили взгляды: то в сторону голоса, то на юстициара, застывшего рядом с глашатаем на помосте. Тот стоял с каменным лицом, сложив руки за спиной. Седые волосы были аккуратно зачёсаны назад, тёмные одежды безупречно выглажены, а в холодных глазах читалась особая отстранённость, что приходит к людям, годами выносящим приговоры.