Реальность начала истекать кровью. Контуры предметов заострились до бритвенной остроты, тени обрели плотность, а сам воздух загустел, окрасившись в багровые тона. Сквозь этот кровавый туман прорвался силуэт разъярённого Гига, и Вилл встретился с ним взглядом. В чёрных глазах парня горела всепожирающая ярость, но под ней, на самом дне этой бездны, плескалась сокрушительная боль.
Золотая аура лопнула как мыльный пузырь.
И в эту долю секунды, прежде чем стена из огня, льда и стали стёрла бы аватар в порошок, земля ушла из-под ног. Ослепительная белая вспышка поглотила с головой, вырвав из тронного зала за мгновение до неминуемой гибели.
Сознание неслось слепой стрелой. Не было ни верха, ни низа, ни направления — лишь невесомое скольжение куда-то в пустоту, в которой растворялись даже намёки на мысли. Длилось ли оно мгновение или целую вечность? Ответа не существовало.
Но стоило одной-единственной мысли всё же пробиться сквозь ничто, попытаться нащупать в этом безвременье собственное «Я», как пустота дрогнула. Тело, которое несло в бесконечность, вдруг обрело вес. Ступни ощутили под собой твердь. Мрак перед глазами перестал быть абсолютным. Он поблек, истёрся по краям, превращаясь из непроницаемой черноты в мутную, серую дымку, сквозь которую стали проступать нечёткие силуэты.
— … Кин! Кин!
Сквозь остатки бесплотного полёта пробивался чужой голос и грубое подёргивание за рукав. Вилл заставил себя открыть глаза. Нечёткие силуэты в серой дымке схлопнулись в одну слепящую точку, и глаза тут же закололо тысячей невидимых игл.
— Кин!!! — прошипел голос у самого уха. — Ты что, рехнулся⁈
Щурясь от боли, Вилл повернул голову на звук. Рядом нависала гора железа, окружённая слабым магическим свечением. В прорези шлема сверкали живые глаза, и их гневный взгляд не оставлял сомнений, кому предназначалось шипение.
— Кин! — не унимался мужчина. — Что с тобой? Бледный, как покойник. Соберись, иначе проблемы будут у всех!
— Я… — выдавил Вилл.
Гора железа не стала ждать ответа, лишь коротко мотнула шлемом в сторону. Вилл проследил за этим жестом, и расплывчатые пятна перед глазами наконец-то начали складываться в чёткие очертания.
Со всех сторон давили стены огромного зала, залитого светом. Лучи пробивались сквозь окна, уходящие под самый сводчатый потолок, и падали на пол золотыми клинками. Вокруг колыхалось море людей, повсюду виднелось оружие — от дорогих мечей до магических посохов.
Кин. Чужое имя эхом отдалось в голове. А раз оно чужое, значит игра закинула в чьё-то тело. Вилл опустил взгляд. Привычную голубую магическую плоть заменяла рука более взрослого мужчины, покрытая мозолями и царапинами. Подняв руку, Вилл прикоснулся к щеке. Пальцы наткнулись на жёсткую, колючую щетину. Даже сам мир ощущался немного иначе, словно ноги укоротили сантиметров на десять. И несмотря на солнце и новый взгляд на мир, огромный зал казался… знакомым.