Она старалась не пропустить поворот в горы, с дороги его трудно было заметить, лишь большой вертикально вкопанный в землю камень помогал путникам не заблудиться в этих местах. Дорога на север была старой и полузаброшенной, её ремонтом давно никто не занимался. Чаще там можно встретить дикое зверьё, нежели кого-либо из путешественников. Только паломники к старому каменному кругу на холме, да те немногие, кто рисковал срезать путь, изредка хаживали по ней.
Ещё на подходе к повороту Мистлев осознала, что мимо пройти невозможно. В последний раз она проходила этой дорогой будучи смертной и ничего не ощущала, но теперь, став одной из ночных немёртвых тварей, она остро почувствовала пристальный взгляд полных ненависти глаз. Пусть каменный круг давно был заброшен и жертвы в нём приносили лишь редкие безумцы, присутствие древних богов ещё ощущалось в этих местах. Мистлев посмотрела наверх, где на горе уже виднелись камни древнего строения. Этот круг был возведён здесь задолго до того как остров населили предки современных этлийцев. Несомненно, она был прекрасным произведением древнего искусства для людей, но Мистлев лишь чувствовала болезненную резь в глазах, будто смотрела на солнечный свет.
Мистлев захотелось ощериться и зашипеть дикой кошкой, но она сдержала этот глупый порыв. Пристальный взгляд нервировал. От него было неприятное ощущение, будто кто-то накрыл её стеклянным куполом, под которым оставалось слишком мало воздуха, чтобы дышать. На этом неприятные ощущения от близости священного места заканчивались никто не поразил Мистлев молнией, не сжёг огнём и даже не преградил путь.
— Да не собираюсь я ваш круг осквернять, — недовольно прошипела она, — мне лишь пройти мимо.
Мистлев не знала, дошли ли её слова до тех, кто ещё обитал в камнях, но дорога впереди была совершенно свободной. Она свернула на тропу, забирающую вверх, чтобы потом снова спуститься, миновав перевал. Мистлев стремилась как можно быстрее миновать эту часть пути, задерживаться в такой близости от круга не хотелось — она по-прежнему ощущала удушье и тяжёлый взор, от которого было не по себе.
Только спустившись с гор, она почувствовала облегчение. Снова дышалось свободно, а взгляд больше не буравил спину. Теперь лишь оставалось идти по дороге на север к обрывистым базальтовым скалам, а там уже путь только один, с которого не собьется даже слепой. С моря дул холодный ветер, принося с собой снежинки.
Старой северной дорогой давно не пользовались, она не была безопасной даже для вооружённых путников. Здесь во множестве водились дикие звери, а в глухих лесах предпочитали селиться этлийские изгои, с которыми мало кто рисковал связываться. Дикие волки и медведи с недавних пор Мистлев не волновали, они отлично чувствуют любую нечисть, испытывая перед ней сверхъестественный страх, а вот разбойники не столь чувствительны к тонкостям такого рода и вряд ли будут уступать дорогу одинокой путнице. Вот и Мистлев не избежала встречи с головорезами, в один прекрасный момент преградивших ей путь.