Шесть из семи, осталась последняя.
Осталось нанести только руну Печати. Замковый камень всей конструкции. Она должна была лечь поверх трещины и навсегда закрыть проход.
Потянулся к резерву и ничего там не обнаружил, я был выжат до донышка.
Паника ударила в голову, как обухом. Шесть рун на месте, конструкт почти завершён, осталась последняя, финальная, а у меня нет сил её сформировать. Заклинание без седьмого элемента развалится через несколько минут, и чёрная вода хлынет с утроенной яростью.
Тело начало подниматься. Я больше не мог удерживаться на глубине, лёгкие требовали воздуха, мышцы отказывали. Пальцы соскользнули с камня, и чернота обступила со всех сторон.
Именно тогда я почувствовал прикосновение.
Холодные, тонкие пальцы обхватили моё запястье. Я дёрнулся от неожиданности, но хватка оказалась железной. Повернул голову и увидел русалку, ту самую, первую, с зелёно-чёрными волосами и вертикальными зрачками. Она висела в воде рядом со мной, а её мощный хвост лениво покачивался, удерживая тело на месте.
За ней, в мутной толще, маячили ещё силуэты. Целый десяток русалок окружил нас полукольцом, их чешуя мерцала в темноте, как россыпь звёзд на ночном небе.
Русалка посмотрела мне в глаза. В её взгляде я прочитал понимание, она знала, что происходит, видела незавершённый конструкт и чувствовала, что у меня не осталось сил.
Русалка положила свободную ладонь мне на грудь. В ту же секунду волна чистой, проточной, живой энергии хлынула в моё тело. Это было похоже на вдох после долгого удушья, на глоток ледяной воды в пустыне, на первый крик новорождённого. Я увидел ещё несколько речных дев, и почувствовал силу десяти русалок, добровольно отдающих часть себя.
Я задохнулся от мощи этого потока. Резерв наполнился мгновенно, с избытком, энергия заклокотала внутри, требуя выхода.
Развернулся обратно к расщелине. Руки двигались уверенно, пальцы перестали дрожать. Седьмая руна Печати, сформировалась за секунду: яркая, чёткая, идеальная. Я впечатал её в центр трещины и замкнул конструкт и мысленно произнёс слова заклинания. Их можно было не проговаривать вслух, хватило молчаливого посыла. Как только я закончил, семь рун вспыхнули разом. Золотистое сияние затопило расщелину, выжигая чёрную слизь. Трещина стянулась, камень сошёлся, как заживающая рана, и чёрная вода перестала течь. Просто перестала, будто кто-то закрутил кран.
Одновременно с этим гул, тот самый мерный, утробный гул, ощущавшийся всем телом, резко усилился. Дно заводи дрогнуло. По воде прокатилась тяжёлая, вибрирующая волна, а я понял, что Тёмный Бог почувствовал, моё вмешательство.