– Давай! – крикнул княжич, хлопнув ближайшую лошадь по крупу.
Это было ошибкой. Обезумевшие от ужаса, животные встали на дыбы. Агафья свалилась, а её лошадь ударила копытами по медведю. Тот кинулся вперёд, и они вместе повалились на женщину. Вторая лошадь понесла, и сколько бы Нарья к ней ни прижималась, удержаться не смогла: свалилась в кусты полыни, вырвавшись из окружения.
Мороз зашептал заклятья, тут же грянул выстрел с другой стороны леса, но пули разбились раскалёнными брызгами о барьер. Выхватив сабли, пустышки подступили ближе, не позволяя убежать. А медведь, переступив через подёргивающеюся в конвульсиях лошадь, стал приближаться.
– Волею моей восстань.
Дарий не узнал голоса. От него веяло холодом свежераскопанной могилы. Но энергия вокруг отозвалась, подчиняясь голосу, ослабляя чары Мороза, что защищал их от пуль. Тела лошади и задавленной схваткой Агафьи стали меняться.
С одной стороны странный молчаливый медведь рвал нападающих, с другой противоестественно-спокойные нападавшие их уже почти тыкали саблями, а спереди приближался разъярённый окровавленный медведь.
Но Дарий этого не видел. Он с ужасом наблюдал за трансформацией, когда тела слиплись, кости с треском деформировались, разрывая кожу. Отвратительное существо поднялось, используя ноги лошади и руки Агафьи. Пальцы удлинились, сломанная грудная клетка раскрылась, образовав из рёбер кошмарную пасть, усеянную несколькими рядами зубов.
Этого нельзя было делать. Нельзя так преображать тела. За одну лишь мысль о подобном в Колдорце подвергали суровым наказаниям, а за попытку выгоняли, лишая сил.
Против всякой логики оно прыгнуло, раскрывая пасть в месте крепления тел, и упала на перевёртыша, накрепко вцепившись, пронзив толстую шкуру медведя. Он дёрнулся назад, из горла вырвался почти человеческий, отчаянный крик ужаса.
– Спаситель защитит нас, – пробормотал княжич, пятясь.
Мороз с силой дёрнул его плечо, разворачивая к оставшимся противникам. О том, кто им помогает таким кошмарным образом, он догадался. Дарий, поймав его взгляд, мгновенно всё понял и онемел от ужаса.
Теперь Мию точно убьют. Она переступила порог тупой нечисти. Стала опасна. Вечный голос вкупе с разумом и магией – слишком опасное сочетание, чтобы Мороз позволил оставить её в живых.
Медведь с торчащим из груди копьём не обратил на них ни малейшего интереса. Разобравшись с нападавшими, пошёл на перевёртыша, что, катаясь по земле, пытался сбросить с себя отвратительное чудовище.