Я мотаю головой.
— Все… Все нормально. Мы уже заканчивали, — натянуто улыбаюсь я.
— Мы можем перенести…
— Нет! — резко выдаю я. — Не нужно. Я хочу проветриться.
«Соня, твою мать! Вот нахера, а?!» —
хочется впервые мне наорать на свою помощницу в декрете, но вместо этого я отрываюсь от
Невеличкиной, поворачиваюсь спиной и стискиваю в кулаке волосы на затылке, чтобы хоть
немного привести себя в чувства после этого зефирного признания.
Только теперь я хочу тебя.
Насколько это было плохо?
Неудивительно, что Невеличкина хочет, чтобы мы закончили. Ателло хренов. Нет, возвращаясь
сюда, я, конечно, понимал, что все будет максимально нелепо, но на самом деле все просто
пошло через жопу.
— Мы можем перенести, — неуверенно начинает Соня, но Невеличкина яростно ее перебивает.
— Нет! Не нужно! Я хочу проветриться!
Ну зашибись. Это провал, да?
Стиснув зубы до скрежета, я наконец разворачиваюсь и встречаюсь с растерянным выражением
лица Сони, после чего сразу же переключаюсь на Невеличкину, которая конвульсивно снимает с
вешалки классическую косуху.
Вот и что мне делать? Выставить Соню за дверь и продолжить разговор? О чем? Да и не будет
больше разговора. Если я сейчас включу свой ебнутый характер, Невеличкина не отстанет и мы
тупо схлестнемся в очередной перепалке.
Хмуро наблюдаю, как Невеличкина надевает коричневую кожанку, нервно застегивая косую
молнию. Но в мозгу застревает ее прозрачный топ и кружевной бюстгальтер, которым она
собирается где-то светить.
И вместе с этим осознанием внутри всплывает самое, сука, нелюбимое чувство, о котором я
никогда не признаюсь вслух.
Да, я ревную.
Пиздец, дожили, блядь!
В венах вскипает злость на себя за то, что допустил все это, но слишком поздно. Выйти из
сложившейся ситуации без ран нереально. Слишком много острых краев, я не обойду все. То, что
я влип, это факт, и он окончательно укореняется в моем сознании непрекращающимся зудом.
Она надевает бежевый шелковый шарф, берет маленькую красную сумочку и бросает финальный
взгляд в зеркало, прежде чем повернуться ко мне и без слов намекнуть, что мне пора.
И мне действительно лучше уйти, чтобы еще раз обдумать все, что я наговорил тут, но внутри
нарастает такое напряжение, что все во мне противится мысли отпустить ее в этом ебаном
топике одну.
— Я могу вас подвезти, — выдаю очередной шедевр, блядь.