— Ты не отвечал на мои звонки! — доносится крик очередной девицы из кабинета Раневского.
Сегодня это некая Нелли. — Какого черта, Ян?!
— С чего я должен отвечать на твои звонки? — басит он равнодушно, но я уже научилась
различать, как звучит его скрытое раздражение.
— Ну, может, с того, что мы трахаемся?!
— Если бы я оправдывался перед всеми, кого трахаю, то был бы нищим.
Я морщусь, жалея, что он не раскошелился на звукоизоляцию в кабинете, и я, как обычно,
становлюсь свидетелем его разборок с любовницами.
— То есть ты хочешь сказать, что я не единственная, кого ты трахаешь?!
Сюрприз, дорогуша.
— Что тебя так удивляет?! Если бы я хотел чего-то большего, то дал бы тебе знать, но,
насколько я помню, мы встречаемся ради беспроблемного секса.
О, по-моему, прямо сейчас этот секс переходит в стадию проблемы. Я поджимаю губы, чтобы не
рассмеяться, постукивая кончиком ручки по отчету.
— Ну ты и ублюдок, Раневский!
Полный, дорогуша. И ты не первая, кто кричит здесь об этом.
Если бы я вела учет его обиженных подружек, то разбогатела бы.
Каждая из попавших в постель к этому мажору наивно верит, что он отдает предпочтение только
ей. Они считают, что укротили тигра, сорвали джек-пот, но в оконцовке выбегают из нашего
офиса как последние истерички.
Сегодня не исключение.
— Ты еще пожалеешь, козлина! — Этот крик вырывается в холл одновременно с этой самой Нелли,
которая распахивает дверь кабинета и вылетает из него пулей. — Ебаный мудак! Чтоб у тебя
член отсох! — Она истерично, почти агрессивно отбрасывает копну своих блондинистых волос
назад, не сбавляя ходу. — Твой босс — конченный гондон! — С последними словами она
проносится мимо меня порывом северного ветра, оглашая коридор цокотом каблуков, будто
бешеная лань.
Я же делаю вид, что очень занята работой, уткнувшись в ноутбук.
Меня это не касается. Это то, о чем я себе напоминаю каждый раз, когда из кабинета
Раневского вылетают взбешенные девушки.
Кстати, давненько его так не ласкали. Видимо, он сыграл по-крупному.
Живот урчит неприлично громко, и я кладу на него ладонь, успокаивающе поглаживая.
Бросаю жалобный взгляд на время, а потом на список своих дел, в который я не смогла
втиснуть обед.
Господи, как же хочется есть. Ей-богу, я готова затрепать целую куру-гриль. Ненавижу
доводить себя до такого состояния, потому что, когда доберусь до еды… хорошим это не
кончится.
Закусив кончик ручки, я заставляю себя сосредоточиться на отчете, но в следующую секунду
вздрагиваю от грохота двери. А следом от грохота крупных ладоней Раневского по моему столу.
— Какого черта в моем кабинете проходной двор?!