Больше всего меня беспокоят «нольпервый» или «Пантера». Вот кто опаснейший враг. Пантеру я узнаю сразу по бронеходу, первые выстрелы ей. Кто из пилотов Саламанки сидит в каком бронеходе — неизвестно. Тасуются, паскуды.
Я приподнял бронекупол кабины и крикнул голосом:
— Отряд, подъем, кажется, мы уже знаем, где враг. Полная боевая готовность и полная бдительность. Полное радиомолчание!
Шифрованные рации только у меня и штаба, у бойцов простые, невоенные. Но радиус их невелик и раньше нас нельзя было подслушать. Теперь — только радиомолчание.
Через полчаса оператор второго дрона, «Бастинда», сумел обнаружить бронегруппу. Подвел противника криворукий бронеходчик, сваливший дерево, а оператор как раз перевел камеру в ту сторону в тот самый момент, когда дерево уже упало. И хотя падение осталось вне кадра, столб пыли и стая испуганных птиц сразу были замечены, как раз над дыркой в кроне леса.
Между бронегруппой и автоколонной — семь километров. Мы почти что между ними, осталось пройти вперед еще немного.
Мы вписались в наше временное «окно» с небольшим запасом. Быстро развесили «стенку» из двойной маскировочной сетки, за которой я присел и затаился. Мне, правда, тоже ни черта не видно, но это фигня, видят бойцы и дрон, а еще мы противника услышим издали. Весь отряд залег как можно ниже, за кустами и деревьями — все, нас не увидеть, пока мы не вылезем.
Фух. Короткая передышка перед боем. Если мы выиграем — это будет переломная точка в войне. Я минусану пару бронеходов как минимум, а может, и всех, и при этом обзаведусь нормальным вооружением. Минусануть одного из опаснейших пилотов противника — тоже большое достижение. Даже если только два «минуса» — у Саламанки останется тринадцать бронеходов и он поймет, что четыре машины против меня уже недостаточно, да и сами пилоты откажутся выходить таким числом на задания. Возможность делить свои силы только на две части — это полностью развязанные руки для нас, а сам Саламанка будет в столице все равно, что в осаде. Мы заберем и шахты, и заводы, и вернуть их будет нельзя, потому что ССО больше не смогут выйти из столицы. Полный контроль над территорией колонии, полный контроль над подвозом провианта в столицу. Саламанка все еще сможет дать открытый бой, но мы его не примем, пока не измотаем полностью. Дальше… Ну, наверное, все. Спасти Саламанку сможет только большое везение.
Если мы проиграем… ну, тоже переломный момент, только уже в другую сторону. Чего лично я уже, скорей всего, не увижу.
Приоткрываю бронекупол кабины, чтобы слышать лес и противника. Звуковые сенсоры «Мародера» — абсолютное дерьмо, в них слышны только разрывы, стрельба или что-то, почти такое же громкое. Да и то, звуковые сенсоры на этих бронеходах — апгрейд, установленный предыдущим владельцем, потому что базовая комплектация «Мародера» подобной роскоши не включает за ненадобностью.