— Конечно! Потому что жить надо по совести. Вот хороший ты парень, сразу видно. А фотографировать будете? — Оживилась Степановна. Она, видимо, под шумок решила хапнуть немного популярности. — Вот. Можно и общежитие наше. И мы, вон, с Машкой принарядимся. Да и могу , если что, другие истории повспоминать. Эта просто в голову пришла.
— Непременно будем. Здорово, конечно, было бы, самих героев разыскать. — Я вопросительно посмотрел на теток.
— Ох… да где ж их разышешь…Светка со своим мужем в Москве. Говорю же. Виктор, вроде, домой, в деревню вернулся…— Степановна пожала плечами.
— А художник с семьей тоже уехали? Не знаете, куда?
Я почему зацепился за этого Евгения. Тетка сказала, что Аристарх — его друг. Значит, можно было бы расспросить о Милославском.
— Да ну конечно! — Вторая женщина, которая Машка, кивнула в сторону общежития. — Вон, на втором этаже Евгений живёт. По сейчас. Тамарка же его в итоге бросила. Как только дети немного подросли, школу закончили да уехали учиться, она и ушла. Да. Вторлй раз замуж вышла. А Евгения теперь нет. Есть Женька Помазок. Это его так мужики прозвали. Не знаю, почему. Он пьет последние пять лет беспробудно. Совсем превратился в алкаша. Ты с ним поговорить не сможешь, потому что он вообще редко бывает способен связно рассуждать. И главное, откуда денег-то берет, не понятно. Оно поди, каждый день водки купи, да закуски. Правда… Одно время, перед тем, как совсем уж запил, приймет на грудь, нарядится и рассказывает всем, что сейчас на вокзал поедет. В Москву ему надо. Мол, он про кое-кого кое-что знает. И ему за это купят квартиру прям в столице, работать устроят прям в Третьяковку. Понял? Белая горячка уже тогда у него, видать, была. И вроде даже ездил в Москву то…Не помнишь, Степановна?
— Не скажу точно. — Тетка задумчиво потерла подбородок, — Куда-то ездил. Неделю не было видно и слышно. А потом, как вернулся, как раз и начал пить каждый день. Главное, работает дворником где-то. Числится, так понимаю. Куда там работать, если каждый день не просыхает. А зарплату, видимо, получает исправно. Может, и помог кто-то на самом деле …
А вот это было уже интересно. Очень интересно. Получается, художник заявил, что будет кого-то неизвестного шантажировать. Как не назови, но шантаж это и есть. Метнулся в столицу, вернулся и теперь пять лет живет в состоянии нирваны. Где-то числится дворником, на работу не ходит, но бабки получает.
— Где, вы говирите, этот Евгений живет? — Поинтересовался я у обеих теток.
— Так на второй этаж иди. Комната, первая, налево от лестницы. Да ты поймёшь. Там дверь облезлая вся. — Ответила Степановна. — Ты только время зря потратишь. Он обычно в это время отсыпается перед новым заходом. Даже и говорить не станет.