Ранда, однако, торговцы не интересовали. Порасспросив айильцев, он выяснил, что Джиндо разошлись под кров своих воинских сообществ. Здесь, в холде Холодные Скалы, кров Дев находился примерно на середине восточного склона, все еще залитого ярким солнцем, и представлял собой прямоугольное строение из серого камня с огородом на крыше. Несомненно, внутри этот дом был гораздо вместительнее, чем казался снаружи. Правда, убедиться в этом Ранду не удалось, так как сидевшие у входа две Девы с копьями и кожаными щитами внутрь его не пустили. Кажется, желание мужчины войти в жилище Дев повергло их в изумление, но передать его просьбу они согласились.
Несколько минут спустя из дома вышли Девы из септов Джиндо и Девять Долин, побывавшие с Рандом в Тире. Следом высыпали и другие Девы из септа Девять Долин, которые оказались сейчас в Холодных Скалах. Они заполнили маленький дворик и даже забрались на крышу, устроившись между овощных грядок. Все Девы смотрели на Ранда с нескрываемым любопытством, некоторые ухмылялись в предвкушении развлечения. Гай’шайн, среди которых были не только женщины, разносили чашечки с крепчайшим темным чаем. Хоть мужчины под кров Дев не допускались, но, видимо, на гай’шайн это правило не распространялось.
Узнав, что ему нужно, Девы показали Ранду множество безделушек и украшений. Больше всего юноше приглянулся браслет, предложенный Аделин, рыжеволосой, высокой даже для Айил — всего на ладонь ниже Ранда. Девушку из Джиндо отличал тонкий шрам на щеке. Широкий костяной браслет покрывала на редкость изысканная и тонкая резьба. Изображая розы, искусный мастер не забыл даже о шипах. Узнав, что браслет предназначается в подарок Авиенде — в благодарность за наставления, как пояснил Ранд, а вовсе не для того, чтобы задобрить девушку и поумерить ее неприязнь, — Аделин обвела взглядом остальных Дев. Те перестали ухмыляться, но по их лицам ничего нельзя было прочесть.
— Я за это ничего не возьму, Ранд ал’Тор, — заявила Аделин, вручая ему браслет.
— А я не нарушу этим никаких правил или обычаев? — поинтересовался Ранд. Как воспримут это айильцы? — Мне бы не хотелось никак задеть ее честь.
— Нет, этим ты не заденешь ее честь. — Аделин жестом подозвала гай’шайн с серебряным подносом, на котором стояли кувшин и глиняные чашечки. Наполнив две чашки, она подала одну Ранду. — Помни о чести, — промолвила Аделин и пригубила чай.
Авиенда никогда не упоминала о подобной церемонии. Поколебавшись, Ранд отпил глоток горьковатой жидкости и, опасаясь попасть впросак, ответил Деве ее же словами. К немалому удивлению юноши, Аделин, легко коснувшись губами, поцеловала его в обе щеки.