— Я просто делаю то, что должен, — тихо сказал я.
— Должен, — Гард хмыкнул. — Многие должны, да вот только не делают ни черта. И еще запомни: люди злопамятны. Тебе придётся долго и упорно доказывать, что ты уже не тот, за кого тебя принимают.
— Понимаю, — сказал я. — Но что бы ни произошло, не перестану лечить. Это… — запнулся, ища нужные слова, — единственное, что умею делать.
Гард посмотрел на меня долгим, оценивающим взглядом, потом кивнул, будто ставя точку в каком-то внутреннем споре.
— Ладно. К слову, скоро к тебе Ларк заглянет. Он смог хорошо продать те светящиеся травки, что мы нашли в лесу.
Это хорошая новость.
— Спасибо, что предупредил. И за то, что на улице…
— Не за что, — отрезал Гард. — Только не пойми превратно — сегодня я за тебя вступился, но уже завтра они могут вернуться. Ты решил идти этим путём, но смотри в оба, и если что — свисти.
С этими словами он развернулся и вышел, хлопнув дверью.
Я опустился на табурет, положив голову на сложенные на столе руки. За один день произошло слишком много событий — голова гудела, как улей.
Сидел, не двигаясь, просто давая мыслям улечься, а эмоциям отступить. Потом глубоко вздохнул, поднял голову и потёр лицо ладонями.
— Не время опускать руки, — сказал я себе.
Встал, подошёл к сумке, которую принёс с рынка, и принялся выгружать покупки. Мешки муки и крупы, банку с жиром, соль и пару окороков отнёс в кухню, на только что вычищенные полки, а сено в загон.
Затем подошёл к клетке с зайцелопом. Он встретил меня радостным писком. Открыл дверцу, взял его на руки, ощутив под пальцами тёплую, бархатистую шерсть, и посадил на стол. Проверил повязку — всё в порядке, отёк почти сошёл. Накормил вчерашней зеленью, сменил воду. Зверёк ел с аппетитом, временами поднимая на меня огромные янтарные глаза, полные безграничного доверия.
Этот взгляд был лучшим лекарством. Он напоминал, ради чего всё это — ради вот этих глаз, в которых нет лжи, предательства или корысти. Ради возможности дать шанс тем, у кого его, казалось, нет.
Да, репутация испорчена вдребезги. Да, люди ненавидели меня за грехи другого. Да, впереди ждала долгая, упорная борьба за каждую крупицу доверия, но у меня было кое-что, чего никто не мог отнять.
Цель — ясная, как горный воздух. Лечить, спасать, делать то, что я умею лучше всего. И чтобы делать это лучше, мне нужны не только инструменты и ингредиенты, но и понимание этого мира, его законов, его магии. Я был как хирург, попавший в операционную с незнакомым оборудованием. Нужно учиться.
Взгляд упал на полку, где среди прочих склянок мерцал «Лазурный нейронник» — трава, способная усиливать нейронную связь между Мастером и зверем. Идея укрепить связь с зайцелопом, используя редкий катализатор, не давала покоя, но я не знал, как это сделать.