Шутка. Хватало и на разгульную жизнь, и на Дашу, и на экстремальные виды спорта. Я с удивлением вспомнил, что неплохо размахиваю казачьей шашкой. Причём двумя руками. В смысле двумя шашками. Умею водить мотоцикл и автомашину. В местной комплектации, разумеется. Даже летаю на самолёте и дважды прыгал с парашютом, чуть не обгадившись именно во второй раз. В первый я просто ничего не понял.
Понятно, что самолёт не «сушка» или МИГ, а старенький «Ньюпор-Деляж» NiD-62[i]. Летал даже на знаменитом во Франции «Девуатине» D500[ii], но очень не много — слишком быстро понял, что полёты над грешной землёй это не моё.
Есть у меня в этой жизни приятель, у которого отец служит командиром эскадрильи французских ВВС. Ну а то, что невозможно сделать за деньги можно сделать по знакомству или за большие деньги. Нужное подчеркнуть. В данном случае получилось по знакомству, за средние деньги и возможность приобщиться сыну французского лётчика к разгульной жизни высшего света.
Надо сказать весьма сомнительная с моей стороны услуга, но, во-первых, эта услуга мне ничего не стоила, а во-вторых, это не моё дело. С другой стороны, примелькавшись в таком обществе можно найти себе подходящую жену, любовницу или на задницу приключений. Кому как везёт по жизни.
В процессе выздоровления я понял, почему меня больше никто не навещает из моего многочисленного семейства и почему меня так спешно убрали из больницы. Дело в том, что вся моя семья живёт в Париже, а я от оной семьи после одного скандала, мягко говоря, отлучён. Что и неудивительно — по-пьяни залезть под юбку к любимой доченьке видного французского банкира прямо на званом обеде у них в доме это исхитриться надо.
К слову сказать, моя партнёрша была не сильно против подобных моих действий, так как была практически в состоянии не стояния, но лежать пыталась весьма активно. В том смысле, что мы вроде как уединились, но крайне неудачно — папаша не вовремя вошёл в собственный кабинет. Причём во главе очень представительной компании.
Скандал был тогда грандиознеший. В узком кругу, разумеется — сор из избы выносить не стали, но общественное порицание мне вынесли. С высылкой на пленэр. В смысле на дальнюю дачу, в которой зимой никого не бывает — вся светская жизнь в холодное время года происходит в столице. Так сказать, послали с глаз долой, хорошо, что не с отлучением от наследства. Здесь подобное случается сплошь и рядом. Классно что и не с выпиской в грудную клетку, как это принято в моём мире.
А из больницы меня убрали, потому что я вроде как умер. Диагноз мне такой поставили местные эскулапы — клиент скорее мертв, нежели жив. Травма головы у меня была только поверхностная — самое обыкновенное рассечение кожи на лбу, а вот всё остальное внутри. Что у бедного князька там сдвинулось, местные эскулапы понять не смогли и просто, но от этого не менее изящно, умыли свои тщательно продезинфицированные спиртусом руки.