Я ответила: «Знаю».
Я не знала. Просто хотела, чтобы отстали.
«Клуб» распался на два лагеря. Лера и Катя считали, что меня пора отстранить, пока я не разрушила всё. Женя и Алина держали мою сторону — из лояльности или из жалости, уже не важно.
Я чувствовала себя бомбой с часовым механизмом, который завёлся в тот вечер, когда Аскольд поцеловал меня у стены. Тиканье становилось громче с каждым днём.
В пятницу вечером я поехала в галерею «Чёрный квадрат».
Не звонила. Не предупреждала.
Просто пришла.
Он сидел на полу у рояля, прислонившись спиной к ножке. В руке — пустой стакан. На рояле — новая роза. Красная. Как кровь, как запрет, как всё, что мы оба не смели произнести вслух.
— Ты не спал, — сказала я вместо приветствия.
— Ты тоже.
Он не спросил, как я здесь оказалась. Не удивился. Будто знал, что придёт момент, когда мы перестанем прятаться за планами и сведёшь счёты.
Я села рядом. Не слишком близко. Достаточно, чтобы чувствовать тепло его плеча — через ткань свитера, через воздух, через всё, что между нами было и чего не могло быть.
— Я не выдержу, Аскольд, — сказала я. Впервые назвала его по имени — не «вы», не «куратор». Просто —
Аскольд
. Оно обожгло язык, как горячий чай. — Я не выдержу этой игры. Той, где мы враги, но хотим друг друга. Где мы союзники, но не можем прикоснуться. Я не железная.
— Я знаю, — он повернул голову, и в полумраке его глаза светились тем особенным светом, который бывает у людей, которые давно не видели солнца. — Я тоже не железный, Мира. Я просто хорошо это скрываю.
— Тогда почему мы не можем?
— Потому что если мы начнём — мы не сможем остановиться. А у нас обоих есть обязательства. Я должен закончить с Моникой. Ты — с Кириллом. И пока это не кончится, мы будем только мешать друг другу.
— Или помогать.
Он замер.
Мои слова повисли в воздухе, как бритвы. Острые. Опасные. Готовые порезать любого, кто пошевелится.
— Что ты предлагаешь? — спросил он после долгой паузы.
— Объединиться. По-настоящему. Не как куратор и исполнитель. Как… — я запнулась. Слово застряло в горле. — Как команда.
— Команда?
— Пара, которая вместе идёт к цели. Если Моника узнает, что мы вместе — не фиктивно, — это ускорит её реакцию. Она поймёт, что проигрывает по всем фронтам. И сделает ошибку.
Аскольд поставил стакан на пол. Медленно повернулся ко мне всем телом. Теперь мы сидели лицом к лицу. Расстояние — одно дыхание.
— Ты хочешь использовать наши отношения как оружие, — сказал он не вопросом. Констатацией.
— Я хочу перестать врать себе, — ответила я. — Я хочу тебя, Аскольд. И я не знаю, любовь это, зависимость, гормоны или просто усталость быть одной. Но я хочу. И если это сломает план — к чёрту план. Мы придумаем новый.