Не одна только Британия обнаружила, что найти средства на строительство флота весьма непросто. В течение ряда лет влияние более высоких оборонных расходов на германский национальный бюджет маскировалось займами. Но результатом стал рост долгов, которые все равно надо было выплачивать, что существенно подрывало национальные финансы. Дефицит начал влиять на правительственные фонды, и деловой мир стал настаивать на изменении ситуации. В 1906 году имел место небольшой рост налогов, но в два следующих года национальный долг возрос до 500 миллионов фунтов. В ноябре 1908 года было предложено значительно большее увеличение налогов, особенно налога на наследство, и рост вкладов государств федеральному правительству. Консерваторы отказались голосовать за налог на наследство, опасаясь, что это станет первым шагом к росту налогообложения земли. Либералы и прогрессисты отказались голосовать за альтернативы, предложенные консерваторами. Наконец, в июле 1909 года законопроекты были проведены голосами консерваторов, центра и поляков. Германские морские амбиции, возможно, не вызвали такого явного конституционного кризиса, как в Британии, но они означали конец блока Бюлова. Партия, повсюду заявлявшая о своей лояльности императору и всегда делавшая акцент на германские военные традиции, оказалась не готова, когда пришло время платить за столь любимый Вильгельмом флот, для чего надо было залезть в их собственные карманы. Вместо этого они предпочли разорвать договоренность, которая, по их мнению, влекла за собой слишком много уступок прогрессистам. Они оправдывали себя тем, что голосуют против человека, утратившего доверие их хозяина. Центр, вероятно, проголосовал бы за закон в его первоначальной форме, протяни им Бюлов хотя бы подобие оливковой ветви, но их постоянные нападки на него были такими ожесточенными, что он отказался это делать. Как потом оказалось, они с радостью вернулись бы к роли сторонников правительства и сопутствовавшему этой роли влиянию. Но во время своего пребывания в оппозиции они привыкли работать с социал-демократами, и необходимость поддерживать влияние на католическое население постепенно делала центр все более популярной народной партией. Таким образом, Бюлов сам приблизил день, когда в рейхстаге могло появиться явное большинство, готовое рассмотреть новую конституционную систему.
Создатель блока ненадолго пережил его. Вильгельм настоял, чтобы Бюлов остался, пока финансовая реформа не станет законом, но, несмотря на мартовское примирение, отношения между ними оставались натянутыми. Поэтому Бюлов воспользовался поводом, что не может управлять, не имея доверия рейхстага, чтобы скрыть тот факт, что уходит из-за утраты доверия императора (который был только рад поддержать канцлера, в которого верил, против рейхстага; тот, по его мнению, был «бандой негодяев» — из-за отношения к финансовому закону). В июле 1909 года отставка Бюлова была принята. Остался один вопрос: кто станет преемником? В ходе весеннего круиза Вильгельм практически предложил должность графу Монтсу, послу Италии, однако, вернувшись домой, обнаружил, что эту идею не одобрил никто. Спросили двух Эйленбургов. Один ответил, что слишком стар для такой должности, а другой — что работа слишком трудная. Генерал фон Ведель, генерал-губернатор Эльзаса-Лотарингии, тоже отказался, хотя Вильгельм в любом случае считал его излишне упрямым. Тогда с предложением обратились к генералу фон дер Гольцу — тот ответил, что занимается реорганизацией турецкой армии, и Валентини получил приказ той же ночью сесть на Восточный экспресс. Тем не менее Вильгельм решил, что фон дер Гольца не следует освобождать от своих обязанностей, и даже прервал игру в теннис, чтобы остановить Валентини. Бюлов с самого начала предлагал Бетмана-Гольвега, с 1907 года занимавшего пост министра внутренних дел. Предложение не вызвало энтузиазма у кайзера. «Он всегда знает ответ и пытается меня учить. Я не смогу работать с ним». Но после безуспешного рассмотрения множества альтернативных кандидатур Вильгельм стал сдавать позиции. Бюлов лишь отметил, что Бетман ничего не знает об иностранных делах. «Оставьте иностранные дела мне, — ответствовал кайзер. — Я немного научился им от вас». Итак, Бетман получил должность. Судовладелец Баллин назвал нового канцлера «местью Бюлова».