Сердце заходится в истерике. Тук-тук-тук-тук-тук.
Со стороны лестницы, по которой мы поднялись, слышится кровожадный захлёбывающийся лай. И в следующий миг в зал врываются псы. Пятёрка призрачных гончих источает азарт и ярость.
— Ну, чего встали? Бегом! — глумится Данил. Его едва слышно сквозь разноголосый лай.
Тук-тук-тук-тук.
А дальше события развиваются быстрее, чем я успеваю за ними следить.
Спирит отбегает от меня и звонко тявкает, глядя на гончих. Те поворачивают морды ей вслед. Спирит отскакивает ещё дальше и снова тявкает, дерзко и задорно.
Тук-тук-тук-тук.
Я вдруг понимаю, что она задумала.
— Спирит! — кричу я. — Нет!
Моя собака разворачивается и бежит прочь. Свора срывается за ней, задыхаясь от лая.
— Костя, стой! — Лисс повисает на моём плече. — Ты их не догонишь. Спирит даёт нам шанс. Ну же, Костя! Спасай Дину!
— Костик, мне страшно… — шепчет сестра.
Тук-тук-тук-тук-тук.
Я хватаю её за руку, стискиваю ледяные пальцы. Бросаю взгляд на Данила: как бы он не решился выстрелить нам вслед.
И вижу, как за его спиной появляется Лари. Кидается на психа. Тот разворачивается и стреляет в призрака. Тут же на Данила одним прыжком бросается Лисс, сбивая его с ног.
— Нет! — кричит Данил. — Моя защита! Идиот!
Тук-тук. Тук-тук.
Сквозь дверной проём и стену проявляются всадники. Серо-прозрачные. Жуткие. С черепами вместо лиц. С копьями и луками. В длиннополых плащах.
Призрачные кони с диким ржанием встают на дыбы. У их ног скалятся поджарые волкодавы с алыми глазами.
Дикая Охота надвигается стремительно и в то же время медленно, как в слоумо.
Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук.
Первым не выдерживает Данил.
Он бросается бежать, не разбирая дороги. Дикая Охота тут же устремляется за ним, перекрикиваясь на незнакомом языке. Данил разворачивается на бегу. Стреляет. Выстрел за выстрелом, пока не раздаются сухие щелчки.
Охотники в миг окружают его, дьявольски хохоча. Я не вижу, что они делают. И не хочу видеть. Страшно хрипят волкодавы.
— Бежим! — дёргает меня Лисс.
И я срываюсь с места, волоча за собой Дину. В спину нам несётся жуткий нечеловеческий вопль.
Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук.
Только бы не убиться на лестнице. Не грохнуться в провал вместо ступеней.
Мы вылетаем на второй этаж — лабиринт перегородок, башен полусгнивших паллет, досок, ржавых останков труб — и меня накрывает приступ судорожного кашля.
Сквозь кашель я различаю выкрики, ржание и лай. Значит, Охотники расправились с Данилом и готовы продолжать.
— Прячьтесь тут, — говорит Лисс. — Я их отвлеку, а вы бегите, как будет шанс.
— Если выскочите наружу, — раздаётся голос Лари. — Охота увяжется следом. И легко догонит вас в чистом поле.