— Твоих рук дело, чокнутый, да?
— Ага. — легко соглашается приятель. — Но как ты всё-таки заставил девочек её вызвать?
— С Олей мы немного знакомы. Её брат дружит с Михаилом, первым и любимым учеником Григория Саныча, так что мы пару раз пересекались в общих компаниях. Ей очень понравилось, что я поделился с ней страшно секретным ритуалом. Дурочка. Как же много идиотов вокруг! Ладно, теперь ты отвечай: как выжила, когда серая смерть скинула тебя в реку?
— Боюсь тебя разочаровать, но мне просто повезло, — пожимает плечами Дина.
— Врёшь! Впрочем, ну и чёрт с тобой! Второй раз точно не повезёт. Эй ты, — это уже мне, — ключ давай.
— Вот он, иди и возьми, — говорю я.
Данил секунду смотрит на меня. Потом раздаётся оглушительный грохот выстрела.
— Дина! — ору я.
Сестра вздрагивает, и я почти вижу, как она падает на бетонный пол. Но нет. Дина почему-то стоит на месте
— Она цела. Пока что, — я почти не слышу его.
— Дина! Дина! — бессмысленно повторяю я.
— Я в порядке, — доносится сквозь вату голос сестры. — Он не в меня стрелял. В сторону.
— Думал, я блефую? В героя захотел поиграть? Бросай ключ. Или она труп.
Я бросаю ключ к двум другим. Выхода нет. Всё кончено. Как глупо. Идиотов вокруг действительно много. Мы, например.
— А теперь вы умрёте. Просто и страшно. Когда вас найдут, решат, что это несчастный случай. Блогеры-неудачники решили вызвать что-то в полуразрушенном здании — и убились. Бывает. Всё, пора прощаться!
У моей левой ноги возникает Спирит. Её хвост поджат, уши прижаты к голове. Ей страшно.
Данил бросает себе под ноги мелкие бусины. И тут же издалека слышится протяжный звук рога. Как в кино. Я мгновенно промерзаю насквозь, чувствую, как тончайшая корочка льда покрывает глаза.
Сквозь холодящую пелену я едва различаю, как прямо передо мной материализуется Лари. Моргаю, сгоняя льдистую муть. Что ему надо?
Никакой усмешки, никакого нахального веселья. Ему страшно, и это пугает сильнее, чем пафосные угрозы Данила.
Снова звучит рог, на этот раз как будто ближе.
В наступившей за тем тишине негромкий голос Лари звучит торжественно и трагично.
Он говорит:
— Это Дикая Охота.
«Европа». Бегство и паника
Этажом выше слышны выкрики, перестук копыт, утробное рычание.
— Вам конец! — смеётся Данил. — Прощайте!
Лари исчезает.
Лисс растерян. Дина бела как привидение. Она не просто боится — она в ужасе.
Дикий животный ужас сковывает и меня. Парализует. Всё внутри кричит: «Беги! Беги! Беги!»
Не спасайся даже, а просто беги. Потому что спасения нет.