Глаза закрыты, ресницы отбрасывают тени на скулы.
Козлина! Сволочь! Не иначе поближе к корму решил поспать, да?!
От злости меня буквально начинает трясти. Пальцы сами сжимаются в кулаки, я едва сдерживаюсь, чтобы не ударить его прямо в эту расслабленную физиономию.
«А ты ударь! Че это он спокойненько спит?!»
Нужно сваливать отсюда и искать нормальное место. Где-то же здесь должны быть люди! Ферма или домик… Что-нибудь!
Осторожно переползаю ближе к краю стога, снова оглядываясь по сторонам.
Замираю.
Мамочки…
Там, возле самого забора, стоит он.
Бык. Бычара!
И не просто один из раскачанных друзяшек Сабурова. Нет! Самый настоящий, живой бык.
Огромный, чёрный, пугающе здоровый бык с мощной шеей и тяжёлой, низко опущенной головой.
Даже отсюда видно, какие у него огромные рога, способные, кажется, проткнуть меня насквозь.
«Нам конец. Всё. Кара, ты пожила и хватит».
Паника буквально поднимается откуда-то из живота, перекрывая горло. Я с трудом сглатываю, ощущая, как горло болезненно пересыхает.
Руки начинают дрожать, коленки слабеют, меня охватывает волна ужаса, такого густого и липкого, что дышать становится невозможно.
– Мир… – тихо шепчу я, не отводя взгляда от животного. – Сабуров, просыпайся, мать твою…
Он не реагирует. Продолжает мирно спать, словно ничего вокруг не происходит.
– САБУРОВ!
Он не двигается.
И бык тоже.
Этот чёрный монстр с огромными рогами стоит у забора и смотрит на меня. Смотрит так, будто я его личная закуска.
Он затаился! Готовится прыгнуть, разогнаться, снести всё к чёртовой матери.
– Сабуров, просыпайся! – сиплю я. – Мир, твою мать, вставай, нас сейчас убьют!
Он даже бровью не ведёт. Спит. Сучара довольная.
Я наклоняюсь к нему, ладони дрожат, дыхание сбивается, сердце грохочет. Я сама щас умру, без помощи.
– Мир! – на этот раз визгливее. – Проснись!
Я толкаю его за плечо, хлопаю ладонью по груди, по боку… По бедру. Моя ладонь падает на что-то твёрдое.
Что-то, что не должно быть твёрдым. И настолько горячим! Ещё и дёргается, упираясь мне в ладонь.
Это палка! Просто палка!
«Какая в жопу палка?! А, хотя зная этого извращенца… Может и туда…»
Заткнись!
Я сжимаю пальцы, стараясь справиться со вспышкой злости. Чисто на инстинктах. И совершаю ошибку.
Потому что руку я сжимаю ту, которая лежит на Мире-младшем. Хотя, учитывая размеры…
Не очень там и младший.
Сабуров хрипло стонет, медленно приоткрывает глаза, смотрит снизу вверх, сонно и нахально одновременно. …
Его губы медленно растягиваются в самую отвратительную, самую пошлую усмешку, какую я когда-либо видела.
– Что, принцесса, решила с утра поактивничать? – хрипит он, приподнимая одну бровь и совершенно бесстыдно ухмыляясь. – Ну, заебись доброе утро, конечно. Хотя обычно я предпочитаю с отсосом просыпаться, но дрочка, знаешь ли, тоже пойдёт.