– Кара, тебя выиграли в бою! – визжит подруга. – Ты теперь собственность победителя!
Подруга налетает на меня со спины. Я едва понимаю, что она говорит.
Гул стоит такой, что не слышу собственных мыслей. В бойцовском клубе гремит толпа.
Света мало. Всё в дымке. Над рингом мигают лампы. Я стою у самой границы ринга.
Не могу отвести взгляда от Лёвы. Который лежит и едва двигается. Он проиграл в бою.
Зачем-то полез драться. Хотел доказать что-то. Передо мной понтануться.
Лёва – мой парень. Ну, как бы. Не совсем.
Он ухаживал со мной. И даже не словил инфаркт от угроз моего отца.
А это уже что-то!
Мне вообще завести отношения сложно. Мой отец – тот ещё тиран.
Не, он классный, но слишком опекающий. Обещал переломать ноги любому парню, который приблизится к его дочерям.
И вот теперь Лёва действительно «поломанный». Только каким-то бритоголовым парнем.
В драке.
В каком-то подпольном клубе, где мне вообще быть нельзя.
И подруга продолжает трещать что-то непонятное:
– Эта ночь особенная! Когда пацаны ставят на кон своих девушек. И Лёва… Он поставил тебя. И проиграл. Теперь ты принадлежишь победителю. Филу!
– Я… Что? Что за чушь?
– Это правила такие. Обычно главное самой не лезть. Я же не знала, что Фил поставит. Отошла на пару минут и… Капец! Он идёт!
В этот момент толпа расступается. Как в замедленной съёмке. Шум затихает, словно кто-то выкрутил звук.
И я вижу его.
Бритоголовый накачанный парень идёт через ринг. Весь в крови.
Не своей! Лёвы!
«Ох пиздец!»
О, а это мой внутренний голос. Мама говорит, что это наследственное, только её более культурный.
Но зато мой – сразу по делу.
Реально пиздец.
Фил спрыгивает с ринга. Тёмные глаза, узкие, цепкие. Как у змеи. Идёт ко мне.
«Пора сматываться».
Я отступаю. Шаг. Второй. Разворачиваюсь, пытаясь прорваться назад.
– Опа, не туда, малышка, – усмехается кто-то из толпы, перегородив путь.
Я поворачиваюсь обратно – и Фил уже рядом. Хватает меня за руку, тянет на себя.
– А ну стоять, моя новая игрушка, – рычит он.
– Отпусти, – шепчу. – Ты не имеешь права.
– Имею. Ты ставка. Ты проигрыш. Ты моя теперь. И ты хорошенькая. Я тебя с радостью трахнешь. А будешь правильно подмахивать – ещё и целой останешься.
Его глаза скользят по мне. Грудь, шея, лицо. Я чувствую, как у меня по позвоночнику стекает ощущение омерзения.
В жизни больше не послушаю подругу, которая заставила меня натянуть ультра-короткое платье.
– Не трогай, – шиплю, вскидывая голову. – Я пожалуюсь. Мой отец…
– Да похуй мне, кто твой отец, – перебивает, наклоняясь вплотную. – Папочка тебя теперь не спасёт. Я тебя выиграй. И я с тобой, шлюшка, сделаю всё, что захочу.