Представляю, конечно, как ему сейчас тяжело. Его напарника, Степку Григорьева, еще не выписали из больницы, как и Толика Щербака, которого предприниматель планировал переманить к себе. Сам же Вагитыч, хоть и был работящим дядькой, все же очевидно имел какой-то предел выносливости.
Зато к ночи опять приперся Жека Петров — хитрый и вороватый токарь, который после того раза, когда мы познакомились, при мне не отсвечивал. Но сегодня вдруг осмелел, пришел даже в выходной. И вел себя, на мой взгляд, как-то странно — широко улыбался, не хамил и не угрожал. Словно даже в приятели набивался.
— На вот, студент, — говорил он. — Яблок принес, с собственного сада. Ты, небось, не видел таких давно.
Запустил его, как и в тот раз, Виктор Иваныч, так как Петров был не из утюгановских, а в штате АРПа. Соответственно, и спрос был со старика.
— Спасибо, — ответил я вежливо, внутри тем временем злясь, что теперь из-за токаря не получится спать. Мало ли, что он опять задумал. — У меня куча родственников в деревне. И яблоки тоже шлют.
— Да ладно тебе, — старательно добродушно заулыбался Жека. — Мне ж не жалко, я от чистого сердца. Неправильно мы с тобой, студент, тогда начали. Считай, что это мои извинения. Девчонку свою угостишь, если что. Ну или родителей, друзей там.
Воротить нос уже было неприлично, и я согласился, еще раз поблагодарив, когда токарь сунул мне целый драный пакет, доверху наполненный румяными плодами. Ручки у него были разорваны и перевязаны для надежности в несколько крепких узлов.
— А что там, Иваныч, — закурив прямо в цехе, Жека повернулся к пожилому сторожу, — у Вагитыча уже никто не работает? Я слышал от мужиков, что он даже закрываться удумал.
— Ну, за это не знаю, — по-южнорусски ответил Виктор Иваныч, почесав седые редкие волосы под пожелтевшей кепкой. — Так-то после той перестрелки он один остался на производстве. Степка из наших в больнице, ты знаешь наверняка, Толик Щербак. Егорыч тоже, вахтер наш, на бюллетене. Может, и не вернется уже после того случая.
— Да-а, дела! — помотал головой Петров. — Там ведь и жмур тоже вроде был?
— Ага, — с готовностью закивал Виктор Иваныч. — Одного парня, из тех, кто под Корейцем, убили, второй весь посеченный осколками в городской лежит.
Все это мне уже было известно, однако я не уходил, только поставил тяжелый пакет с яблоками на пол. Если эти двое и дальше будут болтать, могу что-то услышать. Потому как криминальные разборки на время затихли, но вряд ли надолго. И меня с моим бизнесом, хоть я и в связке с Серегой Жогиным, это тоже может коснуться.