Каменные исполины махали крыльями весьма лениво, явно полагаясь на магию, а не законы физики, но благодаря этому же эффекту держались в воздухе достаточно ровно.
Карн Морриан приближался, и вскоре стало ясно, что неизвестный архитектор прошлого вовсе не пытался скопировать контур Полуночи. Судя по всему, над замком висело наложенное изображение, масштабная иллюзия, сквозь которую там и тут просвечивали оригинальные стены и башни. Если судить по ним, обитель Морриган давно нуждалась в капитальном ремонте. Даже в худшем своём состоянии Полночь выглядела более цельно и опрятно — возможно, отсюда и родилась идея этой загадочной мимикрии.
Мы не слишком долго обсуждали план проникновения — поскольку нам критически недоставало информации. Для стелс-миссии наша группа была чересчур заметна, для атаки напролом могло не хватить сил. Никто, включая Мерлина, не знал, можно ли договориться с Морганой, но одно можно утверждать наверняка — на время дипломатии голову верховного мага стоило оставить в ларце. По его словам, никто из авалонских чародеев, включая Моргану, не мог обнаружить содержимое, пока тот не будет открыт. Это отчасти объясняло, почему даже поисковый амулет Зун’Кай сбоил при поиске «запчастей», но не отвечало на другие вопросы — например, кто засунул голову Мерлина в ларец и поместил в древний банк на нижних уровнях. Некоторым тайнам суждено остаться за семью печатями.
Карн Морриан приближался — тёмная крепость на высокой скале, укутанная покровом иллюзии. Но вблизи вскрылось одно из ключевых различий обители Морриган и настоящей Полуночи. Здесь на стенах стояла бдительная охрана. Со здоровенными луками наготове.
Гаргульи в самом деле знали свою функцию — и резко пошли на снижение, как только засвистели первые стрелы. Но лучники тоже оказались не промах — буквально. Вскоре одно из каменных крыльев летуна, что нёс Мордреда, оказалось пробито насквозь, а стрела по размеру больше напоминала копьё с четырёхгранным наконечником. Не столь важно, что позволяло гаргульям держаться в воздухе — физика или магия, но снаряд в крыле точно мешал. Полёт стал неровным, рваным, и вряд ли бы продлился дольше пары минут. Впрочем, Мордред хладнокровно дождался, пока под ним окажется крепостная стена, высвободился и эффектно приземлился с высоты не менее пяти метров. За ним последовали Бенедикт и Кас, оставив на второй гаргулье лишь нас с Анной. Анна обхватила меня за шею, и я спланировал вместе к отряду, который уже деловито обступали с двух сторон.
Вот тебе и дипломатический подход.