Чего я ожидал меньше всего — так это увидеть рядом с открытым коридором не только Адель и Хаггу, но и четырёх рабочих автоматонов, послушно застывших за спинами моих механиков.
Хагга заметила моё ошеломлённое лицо и в голос расхохоталась, демонстрируя великолепный набор острейших акульих зубов.
Луна горячо уверяла, что может подготовить драконью кузню для работы уже сегодня, под конец ночи! Пыл оружейницы был заразителен, но по здравому размышлению торжественную церемонию запуска решили перенести на следующую полночь, когда все хорошенько отдохнут. Все, кроме Луны, поскольку её было за ноги не оттащить от литейной, где наконец удалось собрать все необходимые компоненты.
Легендарный кузнечный артефакт предлагал столько возможностей, сколько сложно было перечислить. Даже сама Луна знала лишь малую их часть, остальные требовалось открывать заново. Для создания лучших экземпляров магического оружия и доспехов понадобится помощь артефактора — и это в очередной раз поднимало проблему Арчибальда.
— Не волнуйтесь, лорд Виктор. Я клянусь, что передам вам и вашим помощникам все необходимые знания, прежде чем вы наймёте кого-то на смену.
Я сидел на троне, мрачно разглядывая магическое зеркало, содержащее душу артефактора. Завал и падение не разбили его, но определённо добавили мелких трещин, которые невозможно было залатать.
— Вы уже могли понять, — проворчал я. — Что я предпочитаю не менять коней на переправе без большой нужды. Что за самоубийственные разговоры?
— Всего лишь здравая оценка ситуации, — вежливо ответил он. — Во время вашего отсутствия госпожа Лита и госпожа Луна совместно с вашим покорным слугой перебирали возможные способы моего… воплощения.
— Нужен новый сосуд. Я помню.
— Боюсь, одним сосудом дело не ограничится. Пока я находился в своей мастерской, окружённый иллюзией работы, то пребывал в покое безвременья. Ныне же я каждую ночь говорю, советую, направляю и даже участвую в невероятных приключениях, подобно тому, что мы пережили сегодня. Не поймите меня неправильно, лорд Виктор, я наслаждаюсь настоящей жизнью. Но она, увы, берёт своё у остатков моей души.
— Так, стоять. Вы что, умираете, Арчибальд⁈
— Можно сказать так, — его отражение мягко улыбнулось мне сквозь треснувшее стекло. — А можно сказать, что просто понемногу теряю себя. В Полуночи никто не умирает от старости, даже загрязнённые слуги моего почётного возраста.
— Я найду способ вас очистить.
— Без Райнигуна с его воздействием на физическое тело это фактически невозможно. Точнее, без наличия физического тела.