— Значит, попрошу помощи у Полуночи.
— Вы в добрых отношениях, и это прекрасно. Но есть правила, которые наш возлюбленный замок не станет нарушать даже ради вас. Я почти потерял с ней связь, потерял настолько, что даже не могу вернуть себе тело. То есть, опустился ниже любой рядовой тени, на самое дно. Но знаете…
— Если вы сейчас снова заведёте шарманку на тему, что это не так уж и плохо — я расколочу вас об пол.
Старый артефактор умолк. Мне немедленно стало стыдно.
— Простите, лорд Виктор, — наконец негромко сказал он. — По правде сказать, я немного боюсь смерти, пусть и прожил достаточно. Но опыт подсказывает, что невозможно помочь абсолютно всем, даже если по-настоящему пытаться. Вы — пытаетесь по-настоящему, и мне бы не хотелось стать для вас очередным бременем.
— Я понимаю, — устало сказал я. — И всё-таки, хочу помочь. Вы протянете до завтра?
— Думаю, даже до послезавтра, — со смешком сказал он. — А то и пару-тройку месяцев продержусь, если больше не ронять. Добрых вам снов, лорд Виктор.
Ещё одна задача на ближайшие пару суток — поскольку не было никакой возможности оценить, сколько займёт визит в Полдень и всё, что последует после него. Я не хотел отпускать Арчибальда не только по причине сентиментальности и привязанности — старый артефактор был самым опытным из всех старых слуг, за исключением разве что Надзирателя. Но если из древнего тюремщика информацию приходилось тянуть клещами, то Арчибальд с радостью делился бесценными знаниями. И не о чём-то, а об артефактах ! Никаких шансов, что он успеет рассказать всё, что помнит, до погружения в забытие — слишком велик объём данных. Даже если не удастся вернуть его на прежнюю должность, нужно точно оставить в качестве советника, в здравом уме и твёрдой памяти.
Завтра, всё завтра. Кулина верно сказала, на сегодня было достаточно подвигов.
Когда я устроился на кровати в спальне — впервые за долгие месяцы отсутствия, рядом чудесным образом появилась Кас. Её длинные распущенные волосы почти не скрывали изумительные линии обнажённого тела — и я в очередной раз не мог оторвать глаза от её ослепительной готической красоты. Иногда я всё ещё не мог поверить, что оказался здесь, нашёл место, которое мог по-настоящему назвать своим. Нашёл тех, кто меня любит, и кого я любил всем сердцем. А прежде всего — нашёл Кас.
Она скользнула ко мне, прижимаясь так крепко, что я едва вспомнил, что должен дышать. Её губы отыскали мои, и в тот же миг пришло очередное осознание, самое яркое за сегодняшнюю ночь.
Не так уж на самом деле я и устал.