— Расскажи мне об этом, — буркнул я.
— Что, уже сталкивался с наследием «дедули»? Короче, в какой-то момент Бертрам почти опустошил наименее ценные из миров Полуночи и начал засматриваться в сторону миров нейтральных. Взял на пробу, да и проклял один, высосав души и превратив всё население в подконтрольную озлобленную нежить. А чтобы добру не пропадать, отправил свежую орду по соседним узлам, на вольный выпас.
— Я… недавно нашёл его записи. Вроде голограмм. Где он рассказывал о своих экспериментах.
— Сочувствую. До десятитысячного?
— Вроде да.
— Тогда он только раскачивался. Но всё равно, крови выпил море.
— А потом начал уничтожать миры.
— Вот-вот. Нежить сходу перезаражала несколько узлов, и оттуда поползла по новым. Колдуны Полуночи открывали для орды порталы, а дальше — хоть трава не расти. Даже если где-то тварей зачищали полностью, они находили лазейки и продолжали переть, распространяя проклятие. Не знаю, рассчитывал ли Бертрам на такой эффект изначально.
— Даже если нет, он наверняка был счастлив, — сухо сказал я.
— Ну да, какое-то время, — хмыкнул Илюха. — Пока не получил по зубам. У Полудня с Сумраком тогда был обычный вялотекущий замес, Закат стоял в стороне, но Полночь всех поставила на уши. Вчерашние враги объединились, чего не случалось уже пару тысяч лет, и начали охоту на лучших магов Бертрама. Пока тот сообразил, что к чему, уже некому было открывать новые порталы. Нежить оказалась изолирована на отдельных узлах, где её зачистили, либо она вымерла спустя пару лет.
Приятно было слышать, что даже после реализации плана столь безумных масштабов лорду Бертраму так и не удалось добиться стабильных результатов со своим грёбаным штаммом.
— Затем объединённые силы Полудня, Сумрака и Заката осадили саму Полночь. И хотя её хозяин отожрался по энергии до совершенно неприличных размеров, он едва справился с глухой обороной. Потратил все ресурсы, зализывал раны лет двадцать, и зарёкся от новых завоеваний. Что с ним было дальше — хрен знает, уже не помню.
Я знал — по крайней мере, какую-то часть. Мой далёкий предок восстановил большую часть прежнего могущества и попытался украсть яйца у Эргалис, Матери Пепла. Та в ответ тоже атаковала Полночь, причинив громадные разрушения, пока не была вынуждена отступить и залечь в подземные пещеры. Дракониха погибла, подхватив штамм «Мортум», а вот судьба Бертрама осталась неизвестна. Смерть от драконьего пламени вполне могла предотвратить его возрождение Полуночью, но это были только догадки.
— С прошлым понятно, — сказал я. — Что с настоящим?