И всё же, сейчас всё было немного иначе.
Я не слышал голоса Полуночи, хотя её присутствие распространялось везде вокруг меня. Я не видел образа, что она явила мне в тот раз. Время остановилось, но падение-парение-полёт всё же продолжалось, наперекор всем законам мироздания. Я попытался воззвать к своему замку, но никто не ответил — только звук биения сердца усиливался, пока не слился со мной целиком, не стал звуком моего собственного сердца, и теперь они бились в унисон.
А потом я упал — просто упал, с относительно небольшой высоты, больно ударившись о каменные плиты пола.
Зал, практически точная копия тронного, вплоть до самого трона, стоящего в центре. Целый мир, наполненный камнем, деревом и тканью, изящные коринфские колонны, плавно переходящие в фигурные балки, сплетающиеся под потолком. Только источниками света в этом зале были не окна, а исключительно «вечные» факелы, развешанные по стенам. Да трон по центру вырезан не из светлого дерева, а чёрного камня.
Спустя минуту осмотра стало очевидно и другое различие. Это место выглядело… не до конца настоящим. Настолько настоящим, насколько позволяло мне воображение. Стоило отвернуться от какого-либо участка зала и тут же повернуться назад, как обстановка неуловимо менялась. Колонны стояли чуть-чуть иначе, факелы висели немного не так, рисунок плит на полу сдвигался. Как будто всё окружающее пространство моментально дорисовывала нейросеть, очень точно, но с крошечными изменениями. Неизменным оставался лишь трон, и его назначение выглядело вполне очевидным.
Я подошёл поближе и сел на чёрный камень, оказавшийся тёплым как печка. Неторопливо расстегнул заплечный мешок, извлекая на свет шкатулку из красного дерева, поставил её на массивный подлокотник. У меня самого не хватило бы сил и умения, чтобы запустить сложный магический механизм, но это место помогало мне во всех начинаниях. «Нужное устройство», как некогда сказал Илюха, находилось вокруг меня, и терпеливо ожидало подпитки.
Крышка шкатулки слегка приподнялась, высвобождая изумительную, безумную, освобождающую мелодию высших сфер.
Бурлящая сила хлынула в копию тронного зала, разливаясь по плитам пола, малейшим трещинам, впитываясь в колонны и стены. Пространство вокруг испустило вздох — умирающий от жажды человек, получивший маленький глоток воды. Музыка питала то, что вскоре бы иссохло, проникала во все уголки реальности, возвращала жизнь. На меня вдруг обрушились эмоции, сторонние, но настолько родные, насколько вообще можно было представить. Надежда, радость, пробуждение… и невероятная, бесконечная, тянущая жажда . Требование открыть шкатулку нараспашку, выпустить наружу всё могущество древнего волшебства, дать наконец напиться вволю!