Кромсать. Расчленять. Рвать на куски!!
— НАЗАД!! — рыкнул я в сторону девушек и гвардии. — ОНИ МОИ!!
Тому молодчику, что первым попался мне под руку, повезло больше всего — он так и остался валяться без сознания где-то на полу. А вот тем троим, что решили одновременно напасть на меня с трёх сторон, позавидовать было сложно. Одному достался удар в грудь, заставивший хрустнуть рёбра — он улетел в дальний конец зала и больше не вставал. Второму я попросту оторвал руку, сжимающую меч, и тот мгновенно потерял ко мне интерес. Третий рассёк мне незащищённый бок лезвием глефы — и спустя миг его голова лопнула, не выдержав столкновения с холодным камнем ближайшей стены.
Соратники этих троих, собиравшиеся прийти на помощь, разом отхлынули назад, наспех заняв оборонительные позиции. К их несчастью, у меня имелось самое что ни на есть подходящее оружие для уничтожения врагов на расстоянии.
Райнигун безупречно лёг в ладонь, пусть и увеличенную вдвое.
БАХ! БАХБАХБАХБАХ! БАХ!!
Первую обойму я расстрелял почти не целясь, так что из шести серебряных пуль жертв нашли только четыре. Не дожидаясь, пока осядет пепел, я откинул барабан и потянулся к патронташу. Время послушно замедлилось, растянулось, позволяя мне в деталях рассмотреть выражение ужаса, наползающее на лица выживших захватчиков. На ногах их осталось лишь семеро, но я планировал это исправить.
Планировал — но не успел.
— Бросайте оружие! — разнёсся по залу чистый и спокойный голос, как только Райнигун был заряжен, и время вернулось в своё русло. — Вам не победить, и дороги назад нет! Сдавайтесь, и лорд Виктор в своём безграничном милосердии сохранит вам жизнь!
На данный момент я вовсе не был так уж уверен в своём «безграничном милосердии», но спустя секунду осознал, что голос принадлежал Кас. Она имела право говорить от моего лица, особенно когда моя собственная глотка отказывалась издавать что-либо, кроме кровожадного рыка.
Удивительно, но призыв к сдаче сработал как часы. Зал наполнился негромким звоном — то падали на пол мечи, копья, щиты и шлемы, а их владельцы опускались на колени, поднимая пустые ладони вверх. Испепелять их в таком состоянии уже не хотелось, и, хотя ярость всё ещё требовала расправы, я заставил себя опустить Райнигун в кобуру. Зал и так чуть ли не утопал в крови, а повисшее молчание то и дело нарушали стоны раненых.
Мы победили — только вот кого ?
— Мне… мне не спалось. Сперва я не мог понять, почему… списывал на возраст, на… не столь важно. Но потом я уловил… почувствовал в эфире определённые флуктуации, подозрительно напоминающие те, когда я сам… сам переносился сюда.