Откуда оно шло на самом деле? Снаружи, от бездушного зимнего пейзажа, или изнутри ? Из того осколка сознания, что так и не покинул безбрежный океан тьмы, на горизонте которого медленно и неумолимо пробуждался Шар’Гот?
Я вскочил на ноги, встряхиваясь, словно мокрый пёс. Из глотки рвался низкий гневный рык, руки без малейшей команды покрылись густой шерстью. Холод отпрянул, рассеялся, вытесненный привычным ощущением силы. Не было никаких разночтений, мой разум не расслоился, никакая часть души не застряла в измерении Пожирателя.
Всё находилось на своих местах — не считая меня самого. Где это я?
Склон холма уходил вниз и вниз — я находился ровно посередине, на достаточно ровном участке, чтобы не порываться скатиться к подножию. По обе стороны тянулись другие холмы — низкие, почти однотипные, лишённые чётких границ, с тёмными пятнами жёсткой травы, пробивающейся сквозь снег и редкими голыми деревцами. Над ними нависало столь же недружелюбное небо, на котором едва заметная луна уже скрылась за тучами. Моё зрение в темноте работало вполсилы, но его ещё хватало, чтобы разглядеть вдали очертания города. Мутное оранжевое свечение фонарей и окон, тёмные силуэты многоэтажек — мой город выглядел абсолютно так же, как и все прочие города, но я не мог его ни с чем перепутать.
Родные окраины. Сложно это представить, но зимой местный пейзаж казался ещё более унылым, чем летом, хотя в этой унылости имелась определённая честность. Никакого космического безумия, карнавала лжи и ужаса, всепоглощающей хтони — просто холмы, поросшие травой и припорошённые снегом. Просто мир, существующий сам по себе, не обещающий чудес, но и не требующий жертв.
Ладно, хватит ностальгии. На вопрос «где я» ответ получен, следующий и более важный вопрос — где Анна и Илюха?
Понадобилось около часа, прежде чем я нашёл свою возлюбленную и лучшего друга, уже почти превратившихся в два аккуратных снежных холмика. И Анна, и Илюха безмятежно дрыхли прямо на земле, не волнуясь о таких мелочах, как риск подхватить воспаление лёгких. Растолкать их тоже оказалось непросто, но, по счастью, их не погрузили в дрёму Йхтилла. Анна что-то пробормотала, поводя озябшими руками вокруг, и нашу компанию окружила невидимая аура тёплого воздуха. Она едва держалась под натиском промозглого зимнего ветра, так что мы не тратили времени на разговоры, пока не добрались до ведущего в город шоссе.
На обочине нас уже ждал улыбающийся Бенедикт, рядом со своим чёрным антиквариатом на колёсах. Правда, сейчас его улыбка показалась мне несколько вымученной.